— Эсми, — Юлианна стиснула вредную подружку в объятиях, — ты мой лучший враг. На всю жизнь. Я тебе бы доверила не то что спину прикрывать — я бы тебе доверила свои волосы перекрашивать. Можешь даже подсыпать мне еще какого- нибудь гриба, чтобы я стала зеленой или оранжевой! Я все от тебя стерплю!
Эсми отодвинулась от Юлианны и посмотрела на нее с сомнением:
— Кажется, насчет здоровья я погорячилась.
— Вовсе нет! — засмеялась Юлианна. — Просто, Эсми… ты пусть и ужасная задавака, но ты своя. Наша. А не то что там эти какие-то ведьмы!
Она подумала и добавила:
— Но если ты снова решишь сделать Карину лысой, я тебя побрею.
К обеду Юлианне разрешили отправиться домой. Уходя, она услышала, как беседуют между собой Сандора и Маркура, стоя за дверью маленькой кладовки.
— Все-таки ты плохо воспитываешь девиц, Летти, — сказала добрая и строгая целительница. — В наше время девочки не были такими грубыми и разболтанными. И уж мы точно не смели даже глаза поднимать на мальчиков. А эти?!
— Милая Табби, — ответила ей Маркура, — я воспитываю детей совершенно правильно. Я их не пытаюсь ни исправить, ни перевоспитать. Пусть вредничают, грубят, ошибаются, влюбляются и даже дерутся — но уж точно не лицемерят и не предают друг друга. Это куда важнее.
— Научи их еще одному фокусу, Летти. Научи их моментально связываться со старшими, пока не произошло беды. Впрочем, о чем я? Беда уже произошла. Хорошо хоть, что кончилось все не такой трагедией, как…
Юлианна навострила ушки, но ничего больше не услышала. Тут ее позвала снаружи мама, и девочка побежала на свободу.
Госпожа Маркура и госпожа Сандора смотрели из окна на Юлианну.
— Послушай, Летти, — сказала добрая целительница, — так книгу-то эту ужасную все-таки уничтожили?
— Да, — ответила Маркура. — Нет на свете ничего неуничтожимого, особенно если это сделано человеческими руками.
— Ну и хорошо, — сказала Сандора. — Все-таки страшновато было знать, что есть на свете такая книга, которую откроешь — и все. Затянет.
— Думаю, что у ведьм был какой-то способ открывать ее без таких последствий. Но мы его, наверное, никогда не узнаем, — сказала Маркура.
— Да и не надо, — Сандора немного помолчала, а потом добавила, — пойдем-ка лучше выпьем по чашечке чаю. С клюквенным вареньем!
Маркура кивнула. С тех пор, как появилась госпожа Ю, ей не было так спокойно, как сейчас. Только теперь тревоги улеглись и, правда, стоило запить это чашкой вкусного чая.
Когда настала весна, учебник по Наоборотной магии был прочитан сзади наперед и спереди назад раза два или три, освоены знаки, заклятья и руны, и Юлианна уже умела кое-что, чего не могли другие. Шарлотта здорово продвинулась в боевой магии, Карина разрывалась между дополнительными занятиями у госпожи Герберы и госпожи Сандоры, а Генриетта научилась выводить веснушки — правда, ненадолго! — и немножко управлять погодой.
Не отставали и другие. И еще немало интересных занятий и уроков было у воспитанниц пансиона для благовоспитанных колдуний! А еще Шарлотта и госпожа Гербера получили у госпожи Маркуры разрешение на то, чтобы обучить всех, кто пожелает и имеет способности, сотворению чудовищ. Дело в том, что опыт Шарлотты с Паутинкой как с добрым чудовищем, не пытающимся никого сожрать, был признан Маркурой только случайностью. Но затем у Юлианны получилось песчаное чудище (к сожалению, его не удалось восстановить и оно так и осталось кучей песка на пляже возле моря там, в темноте) — и оно тоже было не злым. Тогда провели несколько опытов по созданию чудовищ, и выяснили, что злыми они просто так не создаются. Вовсе нет! И питаться чудовища могут вовсе не человечиной, а чем попало. Вот как Паутинка когда-то грызла стеклянные стаканы и фарфоровые блюдца! Единственное, чего никто так и не мог добиться — это сделать чудовищ более или менее долговременными. Обычно они пропадали сами собой через несколько дней, дольше всех жил растительный десятиног, сотворенный Кариной. Он ел землю и дождевых червей. Но и десятиног растворился через неделю.
В конце учебного года вся программа была изучена, экзамены сданы, и настала пора торжественного собрания перед роспуском воспитанников на каникулы. Девочки и оба мальчика выстроились на лужайке перед учебным корпусом. Распускалась первая сирень, отцветали на клумбах тюльпаны, набирали бутоны желтые, лиловые и ярко-фиолетовые ирисы. Все раскрыли зонтики — белые, черные, разноцветные, и отсалютовали госпоже Маркуре, а затем и учительницам. Господина Айвори сегодня не было: в Темной школе тоже заканчивался учебный год, и он просто не мог разорваться между двумя заведениями. И предпочел то, где проводил больше времени. Многие очень об этом сожалели — но что же поделать!
— Мы провели девять месяцев вместе, — сказала госпожа Маркура, — и вы научились очень многому. Сегодня мы попрощаемся с двенадцатью выпускницами из шестого класса, а также с двумя молодыми людьми, завершившими обучение в первом классе.
