Боль и шок вывели меня из строя на несколько секунд. Ружейная пуля, угол входа сверху, от ключицы к легкому. Пробить до конца левую плечевую мышцу она не смогла, но дел натворила порядочно. Требовалось немедленно извлечь деформированный кусок металла, а затем прижечь ранение. К моменту, когда я закончил, на меня с размаху шлепнулось тело жены, протягивающей мне связку гранат.
— Их немного, — сообщила Мана, — Я покажу куда.
— Забери у Хиракавы оружие, — тоже поделился ценным мнением я, — Патроны расходует.
— Отвлекает, — тактично возразила мне девушка под стрекот очередей и чьи-то пронзительные вопли.
— Это же Асуми, Мана, — укоряюще отреагировал я, швыряя здоровой рукой первый взрывной подарок туда, куда указывала девушка.
— Я сказала ей не высовываться, — самым спокойным тоном отозвалась уползающая от меня супруга.
Хладнокровно и расчетливо. Идеально подходящая нашей Асуми роль в этой ситуации — служить отвлечением внимания. И Ману совершенно не волнует, что это её лучшая подруга, с которой они вдвоем спят с её мужем. Ресурсы должны быть использованы с максимальной эффективностью. Это наблюдение в очередной раз заставляет меня сомневаться в том, что кистомеи являются полностью разумным и свободным видом. Такое впечатление, что…
Додумать не вышло, так как в этот момент я уже поднимался, сжимая в здоровой руке очередную гранату. Её мне пришлось использовать как натуральное метательное оружие, буквально отправив в голову того, кто загнал мне в плечо пулю. Этот человек, вооруженный легкой винтовкой со снайперским прицелом, привстал со своего места, став для меня видимым, и теперь целился куда-то в сторону. Наверное, в Асуми. Полукилограммовая чушка, попавшая в голову, заставила его упасть как подрубленного, а мне пришлось извернуться и напрячься, чтобы левой рукой перехватить удачно брошенную кем-то круглую наступательную гранату. Резко распрямив ладонь, я моментально отправил опасный объект туда, откуда он прилетел, а затем, выхватив свой пистолет, наконец-то сделал то, что должен был сделать уже давно. Раскрыл свою модифицированную «жажду смерти» на полную, накрывая конусом весь храм и всё, что за ним.
Не самый лучший мой поступок, учитывая, что в зоне гарантированного поражения кроме противника были еще и измотанная женщина с её престарелым отцом, но здесь я не заблуждался — союзники из Садахара были весьма условными. А вот свидетели…
Не теша себя иллюзиями, что нажал кнопку «убить всех», я аккуратно и быстро, перемещаясь от дерева к дереву, спустился к площади, на которой лежали тела старика и женщины, мельком осмотрел их, выглядывая из-за красного традиционного столба храмовых ворот, а затем, напрягшись, выдал слабое заклинание поиска живых. Оно показало мне семь меток, двое из которых относились к Мане и Асуми, а еще трое поспешно удалялись в лес. Четвертая стояла неподвижно, то ли страхуя отступающих, то ли используя их как живца.
Необходимо было доделать дело, поэтому, предупредив криком своих девушек, я кинулся в погоню, держа в фокусе своего излучения человека, ждущего меня в лесу. Мысль о том, что в монастыре должно быть более одного старика с преступным прошлым, не успела толком оформиться. Мертвецам было уже все равно.
Человек, прикрывающий отход паникующей троицы, оказался вовсе не тем, кем я его считал. Когда я добрался до него, он лежал на земле, содрогаясь в крупной дрожи, с клочками пены, выступившей в уголках губ. Однако, он был не противником, а, скорее, союзником, потому что вокруг него лежало пять трупов вооруженных мужчин. Более того, я знал его лицо.
Её.
Я это лицо делал сам.
Мика, подруга Хаттори, которую он отослал из страны. Человек, который точно не должен был просто так оказаться здесь, в лесу, возле монастыря.
Коснувшись лба трясущейся девушки, я отключил её сознание, а сам продолжил преследование убегающей троицы. Эти люди были не в том состоянии, чтобы оказывать сопротивление, особенно когда давление моей «жажды смерти» начало бить по ним фокусом. Они умерли до того, как я их настиг, несмотря на то что, желая взять пленника, я снижал концентрацию техники. Не помогло.
— Двенадцать тел, — доложила мне Мана, после того как я вернулся, — Не считая Садахара. Они мертвы. Я нашла машину.
— Отлично, уезжаем, — кивнул я, — Асуми, ты как?
— Ну вот что ты за абрикос, а? — хрипло поинтересовалась измазанная в земле хафу, — Нашел бабу, убил бабу. Тут же новую принес. Тебе так третья нужна? Мы с Маной мало стараемся?
— Эта интереснее, — качнул я Микой, — Поспешим, девушки. Нам лучше исчезнуть отсюда.
Помощница покойного детектива была в отвратительном состоянии, но при этом жива. Моё быстрое обследование показало, что состоянием она обязана мне, а выжила за счет принятого ей сильного транквилизатора, который сработал не так быстро, как бы ей хотелось. Тем не менее, она явно была готова именно к чему-то вроде моей «жажды смерти».
Очень интересно, но не настолько, чтобы обременять нас сейчас женщиной в тяжелом состоянии. В отличии от покойного босса «Одержимых», Мика даже не в сознании. Правда, я мог её вернуть.
