но мне сегодня отчего-то грустно.
Сегодня тягостные чувства
меня решили погубить.
Ты просто посиди со мною рядом,
не нужно ничего ни говорить, ни делать.
Я буду занят сам своим уделом,
а больше ничего не надо.
Я помолчу немного сам с собой,
подумаю о чём-нибудь, осмыслю.
Я соберусь с серьёзной мыслью
над жизнью, смертью, над судьбой.
Как и теперь, я думаю порой,
что значит моя жизнь в судьбе других.
Что значат этот самый стих
и все стихи, написанные мной.
Не нужно возражать и соглашаться,
я знаю, ничего не значат.
Давай же выбросим тот лист, который начат,
давай научимся прощаться.
Хоть и не склонен я грустить,
но мне сегодня отчего-то грустно.
Какое всё-таки ничтожное искусство —
никчёмной жизнью жить.
Есть стихи, от которых грустно
Есть стихи, от которых грустно,
что написаны просто так.
От безделья, не для искусства,
не от души и не сердцу в такт.
Не от большого таланта, нет.
Из навязчивых слов и фраз.
Просто так, просто чушь, просто бред.
Написанные на раз.
Написанные без права, да.
И даже бывает обидно —
что за чушь! Это правда,
есть стихи, за которые стыдно.
Какой октябрь! Какая нежность!
Какой октябрь! Какая нежность!
Я влюблён в эту тихую осень.
В её красивую и лёгкую небрежность,
и в первый снег с листвою вроссыпь.
Мне мил печальный шорох листьев
и редкий нежный тёплый дождь,
и ветер, что играет-злится,
и ветви клёнов, кашляющих в дрожь.
Мне мил октябрьский рассвет
и тишина октябрьской ночи.
И свет луны, такой печальный свет,
когда всё ласково заботливо молчит.
Какая грусть! И всё-таки легко.
Всё как-то по душе и очень близко.
И свежей россыпью октябрьских стихов
мне хочется душой излиться.
Какое небо
Какое небо!
Какая нежность!
Какая тишина и безмятежность!
Ах, как давно я счастлив не был!
Ах, как давно! Теперь уж и не вспомнить
вкус сладостного счастья на губах.
Печаль и грусть в неласковых глазах,
и душу болью-судорогой сводит.
Мне б бросить всё, покинуть этот мир,
мир, потонувший в грязи ноября,
и жизнь, прожитую как будто бы зазря
в глуши неубранных квартир.
Какое небо! Какая нежность!
Там тишина, покой и безмятежность.
Ах, эта осень! Какая осень!
Ах, эта осень! Какая осень!
Вперемешку золото и кровь.
И ты, в глаза мне глядя, нежно спросишь:
«Скажи мне, это ли любовь?»
И я отвечу: «Счастье и любовь».
И мы закружим с листопадом
осенний вальс под первый снег.
И ты со мной, со мною рядом,
и нас счастливей в мире нет.
Осенний вальс под первый снег.
Ах, эта осень! Ах, это счастье!
Ах, эта прелесть жёлтой красоты!
Ах, как не хочется с тобою мне прощаться!
И так не хочется терять свои мечты.
Ах, эта боль осенней красоты.
Ах, эта осень! Эта грустная осень.
Я один в упоении ласковых чувств.
Снег ложится на мокрый асфальт, словно проседь,
и на сердце щемящая тонкая грусть.
Ты меня о любви не спросишь.
Мне уже ничего не вернуть.
Если б я был художником
Если б я был художником – было бы счастье,
я б, как стих, написал твой портрет.
Я б был предан ему всей душою и страстью,
я б забыл, что тебя рядом нет.
Я б его полюбил, как никто никогда,
такой чистой открытой любовью.
Я всю ласку, всю нежность ему бы отдал,
я бы верил, что ты со мною.
Если б я был художником, было бы счастье,
но я не художник, нет.
Боль останется болью, страсть останется страстью,
но не я напишу твой портрет.
Мы не вдвоём, но чувства не обманешь
Мы не вдвоём, но чувства не обманешь,
и мне тебя так просто не забыть.
И мне осталась на прощанье память,
О том, что посчастливилось любить.
И я писал тебе об этом строки,
о жизни, помнится и даже о судьбе.
И были вечера и ночи одиноки,
Но я писал, о чувствах, о тебе.
Но ты же холодна к моим стихам,
ты никогда не восхитишься ими.
Прости, что для тебя я их писал,
они не перестанут быть твоими.
Ты ни одной строки в них не прочтёшь,
и не подумаешь ни на одно мгновенье,
как билось сердце чувственно и в дрожь
и как я увлекался вдохновеньем.
И всё же, самою большой наградой
мне было б, если б ты сочла сказать:
«А знаешь ли, я очень рада,
что ты не бросил их писать».
Песня
Снегопад, снегопад, снегопад,
скрой следы её туфелек тонких,
чтобы смех её звонкий-звонкий
мне не вспомнить уже никогда.
Чтоб забыть её ласковый взгляд
и нежную грусть улыбки.
Заметай, заметай, снегопад,
все печали и все ошибки.
Заметай, заметай, заметай,
ничего не желаю помнить.
Что же снег твой проклятый тает.
Давай-ка ты лучше спой мне.
Спой, да так, чтобы вон из души.
Чтоб ни голос, ни взгляд не остался,
по которым когда-то грустил.
Пой, снегопад, пой, снегопад, пой, снегопад, и пляши.
Да мало ль в кого я влюблялся.
Да мало ль кого я любил.
А теперь затяни заунывную,
что-то хочет душа погрустить.
Как любил я когда-то милую,
как её не могу забыть.
В тонких книжках будут строчки
В тонких книжках будут строчки,
а меня уже не будет.
Мои сыны и мои дочки,
мои маленькие люди.
И, быть может, в уголочке
кто-то даже ночь загубит
с тихой грустью в одиночку,
что меня уже не будет.
В тонких книжках будут строчки,
и, быть может, книжку купят.
И тихонько в уголочке
с наслажденьем ночь загубят.
