Единственным, к кому чародей мог обратиться по поводу выяснения теперешнего местопребывания Ушедших Богов, был Блэк – тот якшался с ними за много лет до того, как Инеррен впервые вступил на Теневой Путь. Однако определить, где именно находится сам Блэк, было не меньшей проблемой.
«Ну прямо как в той сказке, – иронически подумал он, – иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.»
А как насчет Богов Судьбы?
Разве имеют они контакты с Ушедшими? Если даже и так, то каким образом можно получить от того же Рэйдена эти сведения?
Предоставив ему взамен свои услуги либо равноценную информацию.
Этот вывод чародею не понравился, но лучшего плана в настоящий момент не было. Так что он прошептал заклятие, перемещаясь внутрь дворца, куда когда-то привел его Рэйден, освободив из заточения в Источнике.
– Чему обязан визитом? – поинтересовался Рэйден при виде возникшего в его апартаментах Инеррена.
– Мне необходима информация относительно Ушедших Богов, – торжественно-мрачным тоном произнес чародей.
– Да, следует признать, на мелочи ты не размениваешься. Я бы и сам не прочь кое-что узнать об этой компании. И что же заставило тебя разыскивать их?
– Есть причина.
– Так выскажи ее.
Инеррен понял, что деваться ему некуда, и вкратце описал ситуацию. Он уже предчувствовал, ЧТО потребует Рэйден за помощь.
– …И она надела эту Диадему, убравшись из этого плана бытия в какой-то столь далекий, что я не мог ее отыскать с помощью собственных ресурсов.
Бог Судьбы, усмехнувшись, посмотрел на чародея, как обычно, читая его мысли.
– Я тебе помогу, но за это, естественно, Диадему ты отдашь мне.
– Я приведу к тебе Айру вместе с этой Диадемой, а дальше разбирайтесь сами, – уточнил Инеррен. – С ней я спорить по этому поводу не желаю.
– Ладно, пусть так. Значит, Ушедшие Боги… Знавал я одного из них, и он соорудил одну штуку…
Рэйден пружинисто поднялся, подошел к гобелену у задней стенки кабинета и откинул его. За тяжелой тканью обнаружилась крошечная потайная дверь. Достав из кармана золотой ключ, Рэйден крайне осторожно вставил его в замок и повернул дважды в одну сторону, затем один раз в другую. Дверка открылась.
– Входи, – обернулся он к Инеррену.
– Ты серьезно?
– Вполне. Это начало пути к Обратным Пределам Сфер.
– Гм. Я и не знал, что таковые существуют.
– А это Знание не предназначено для широкого круга желающих, – объяснил Рэйден, – и, если бы ставкой не была Диадема Даммаранга, ты бы все еще оставался в неведении.
– Путь охраняется? – деловито спросил чародей.
– Понятия не имею. Я еще не настолько сошел с ума, чтобы пойти по нему.
– Блестящая перспектива!
– У тебя в этих делах имеется некоторый опыт.
– Но это вовсе не значит, что мне хочется пережить подобное еще раз. Выдели-ка мне пару боевых жезлов из твоей коллекции; только на время, потом верну.
Бог Судьбы неохотно достал из плоского футляра, обитого бархатом снаружи и изнутри, три коротких стержня – металлический, деревянный и костяной. Руны на первом гласили: «Жезл Мелфа», второй был помечен эльфийским знаком Матери-Природы; третий, лишенный всяких символов, более напоминал на ощупь нечто живое.
– Это что такое?
– Сам выяснишь, – сказал Рэйден. – Он должен работать, но если меня с ним надули, этому торгашу придется туго, будь он хоть трижды дьяволом.
«Мне-то от этого не легче», – мысленно заметил Инеррен. Однако, поскольку от Рэйдена больше явно не приходилось ждать никакой поддержки, он подошел к открытой дверке и занес ногу над порогом.
Тотчас же крошечная дверь чудесным образом увеличилась до нормальных размеров… Или это он сам уменьшился? Не было никакой возможности проверить, что именно произошло, – с резким щелчком запертого замка дверь закрылась, оставив чародея в самом начале молочно-белой дорожки, убегающей в никуда.
Заткнув два жезла за пояс и сжимая третий в руке, Инеррен двинулся вперед.
Путь преподнес все обычные «прелести» Путей, начиная с капканов и разбойников и заканчивая тройкой межзвездных скитальцев. Впрочем, чародей вовсе не был уверен в том, что более сильных охранников ему не встретится.
Жезл Мелфа испускал странного вида стрелы, наподобие огненных и ледяных, но жутковато пахнущие. Во всяком случае, при попадании в цель – а попадали они не всегда, – жертва превращалась в желтоватую кашицу. Эльфийский жезл пока не действовал, что было неудивительно, учитывая характер этого Пути – ведь здесь напрочь отсутствовала живая природа. Костяной жезл Инеррен еще не проверял, исключительно в целях собственной безопасности.
Казалось, прошли часы или даже дни с тех пор, как он оказался в этом странном мире, но ни голод, ни жажда чародея покуда не беспокоили. Впрочем, это было единственным положительным обстоятельством в этом начинавшем казаться бесконечным странствии.
Из белого, кисельно-жидкого тумана, клубившегося по обеим сторонам дороги, выступили несколько фигур, идущих вроде бы в том же направлении. Инеррен крепче сжал жезл, хотя Черная Звезда не подавала упреждающего сигнала «опасность».
