Что особенного было в этом заговорщике? Почему, не считаясь с расходами, был призван Легион Теней?
Оказывается, Мефистофель (так звали мятежника) ухитрился раздобыть ключ от Врат Бездны и бежал сквозь них, причем запер их изнутри. Все попытки добраться до него с другой стороны результатов не принесли: Бездна слишком велика, чтобы там можно было отыскать то-го, кто активно этому сопротивляется.
– Не буду пересказывать всего дела, – заговорил Изгнанник, – опишу лишь финал. Мы стащили у Мефистофеля ключ и снова открыли Врата Бездны, после чего за дело взялись сами обитатели Преисподней. Их ведь хлебом не корми, а дай за кем-нибудь поохотиться.
– Стой, но при чем тут Владыка? Не вижу…
– А так именовал себя Мефистофель, когда беседовал с нами. Что было причиной такого самомнения, мне трудно судить.
«Рэндом! – ворвался в сознание короля Амбера голос Роджера (тот не соизволил даже наладить нормальный контакт по карте). – Нужно немедленно установить охрану у Первозданного Лабиринта!»
«Какого дьявола, Роджер, – мысленно же ответил Рэндом, – что ты себе позволяешь?»
«Быстрее, черт возьми! Я не могу быть одновременно в трех местах – в Хаосе, в Амбере и у Лабиринта Корвина. Блокируй все подходы и не пропускай никого, будь он даже воскресшим Обероном.»
Рэндом понял, что дело тут весьма серьезное. Поэтому он не задавал больше вопросов, а сразу отправил Бенедикта и Жерара в указанное место. Озрику хватило пары слов, чтобы он ринулся вниз, на лестницу и дальше, к камере Лабиринта. И он успел вовремя!
Как только Изгнанник сорвал с крючка ключ и метнулся в соседний проход, в коридоре (с той стороны, где располагались доселе неисследованные пещеры) послышались тяжелые шаги. Идущий, похоже, не нуждался в свете, так как не нес с собою ни факела, ни фонаря.
Тяжелые. Слишком тяжелые, подумал Изгнанник. И слишком длинные, у этого человека ноги вдвое длиннее нормальных… Или же это вовсе не человек. Скорее второе.
Он проверил, хорошо ли выходит шпага из ножен, и пожалел, что не подготовил заранее нескольких полезных заклинаний из той отрасли, что освоил в Легионе…
К концу перерыва Воланд, обменявшись предварительно парой слов с Рамиресом, встал и, деланно прихрамывая, подошел к столу Судьи.
– Все готово, ваша честь. Вот список присяжных.
Ананке быстро просмотрела лист, всего однажды удивленно подняв бровь. Удивилась она наличию в списке имени Рамиреса.
– Я, кажется, предупредила: присяжные не должны иметь к делу никакого отношения. А ученик Рамиреса…
– Ну и что? – пожал плечами Воланд. – Когда это Рамирес ставил интересы своих учеников выше дела? Кроме того, самого Рэйдена никто не собирается судить. Или я ошибаюсь?
– Ладно, давай их сюда. Все знают Общий?
– Я выдал каждому амулет-переводчик, с этим проблем нет.
– Отлично, – кивнула Необходимость. – Вот почему я люблю работать с тобой. Всем моим подчиненным вечно не хватает предусмотрительности, даже Отто порой промахивается. Не хочешь перейти в мою сферу деятельности? Сразу обеспечу все, что потребуется.
Воланд ухмыльнулся и покачал головой.
– Меня удовлетворяет мое занятие и пост. Но благодарю за предложение. Так как, начинать заседание?
– Да.
Среди присяжных было четыре женщины; все они были одеты в традиционные одеяния колдуний. Четверо из мужчин также были представителями магических искусств – даже на одежды незачем было смотреть, один взгляд говорил обо всем. Что до четверых оставшихся… Инеррену трудно было судить, кто они такие. Вроде бы у каждого из них на поясе висело оружие, однако поведение говорило о том, что они вовсе не являются простыми воинами.
– Защита готова? – спросила Ананке, усаживаясь на трон Судьи.
– Да, ваша честь, – ответил Рэйден.
– Обвинение?
– Несомненно и постоянно, – гордо сказал Мефистофель.
– Тогда начинайте излагать дело. Время дорого.
– Слушаюсь, ваша честь, – поклонился Прокурор и начал невероятно занудную вступительную речь. Чародей пытался следить за цепочкой рассуждений Мефистофеля, но отключился через две минуты.
Когда Рэйден толкнул его в бок, Прокурор как раз завершал:
– Из всего вышеперечисленного, ваша честь, можно сделать только один, зато бесспорный вывод: так называемому Повелителю Теней абсолютно наплевать на законы, поддерживающую всю Вселенную в равновесии. Он постоянно пренебрегает всеми – писаными и неписаными – правилами, не слушает чужих советов и не желает учиться на собственном опыте. У вас, господа присяжные заседатели, попросту нет возможности вынести приговор менее тяжкий, чем…
– Протестую! – поднял руку Рэйден. – Обвинитель не имеет права требовать от суда минимального приговора, он может только указать на вид кары, какой кажется верным ему. Однако окончательное решение за присяжными.
– Протест принят, – постановила Необходимость. – В дальнейшем, господин прокурор, прошу вас придерживаться кодекса.
– Прошу прощения, ваша честь, – снова поклонился Мефистофель. – Тогда я закончил. Представить все доказательства по каждому пункту моего заявления можно в любой момент, и даже сам подсудимый не будет отрицать того, что совершил.
– Слово защите, – объявила Ананке.
