Насчёт прозрачности и торжества европейской процедуры Боррель абсолютно прав. Вот уж где всё прозрачно, так это в Европе. Веками отрабатывали, ещё со времён инквизиции. Всё по букве закона, по решению судов и трибуналов, в точном соответствии с инструкциями. Никакого волюнтаризма. Сказано сжечь – сожгут. Сказано утопить – утопят. Пытки – строго по регламенту, причём писанному, никакой отсебятины. «Молот ведьм» когда читаешь, так европейским орднунгом проникаешься! И с Холокостом тоже самое было, а заодно с геноцидом цыган. И у немцев, и у всей той Европы, которую Гитлер в рамках Третьего рейха и системы его сателлитов объединил перед тем, как по нам ударить. И, кстати, когда несколько руководителей гитлеровской Германии после трибунала в Нюрнберге за всё, что они натворили, вздёрнули, они тоже не могли понять: их-то за что?! Они же делали всё по закону и в соответствии с прозрачными процедурами. Как и Эйхман, который тоже в Израиле ссылаться на законы и процедуры пытался.
Боррель и его коллеги, понятное дело, не Гиммлер, не Геринг и не Эйхман. По крайней мере, пока. Но их и не к высшей мере присудили, а так – чисто символически нанесли лёгкую пощёчину их самолюбию. С чего бы вдруг такая нервная реакция? Или дело в прецеденте? До сих пор им было совершенно ясно, что ИМ можно кого угодно в чём угодно обвинять, за что угодно осуждать и что угодно с ним делать, причём весь мир должен это учитывать, следовать их запретам и не пытаться ни единого решения западных структур оспаривать иначе, как по их правилам и под их контролем. Справедливое оно, несправедливое – неважно. Нарушили ли они свои собственные законы, как сплошь и рядом с Белоруссией и Россией происходило и происходит или нет – тоже. Еврею разрешено прийти к инквизитору и гауляйтеру и попросить того не посылать его на костёр или в газовую камеру. Соответственно, русскому (любой национальности) можно у них покорно попросить не блокировать его счета, не арестовывать имущество и не замораживать активы. Не более, чем.
Но вот делать что-то в ответ – ни под каким видом. А то мало ли кто до чего в этом мире дойдёт… Сегодня запретят въезд в ту или иную страну человеку, который даже не подозревал, что ЕМУ что-то кто-то может запретить, хотя сам он этим инструментом пользовался направо и налево. Завтра введут санкции против членов его семьи. Послезавтра окажется, что у него счёт в банке заморожен, кредитные карточки не действуют или его жильё – больше не его собственность. Они же так делают, захватывая чужое движимое и недвижимое имущество, так отчего нам нельзя? Объявить, к примеру, что дом Борреля теперь является собственностью беженцев с Украины и те могут смело его занимать, не боясь никаких последствий. Или, к примеру, там будет располагаться посольство ДНР и ЛНР в той или иной стране, а то и сразу представительство их обеих при Евросоюзе. Отличная, кстати, идея! И если начать идти по этому пути, таких идей возникает столько… Чего одним запретом въезда европейской и американской бюрократической сволочи в Россию ограничиваться? Наказывать, так уж наказывать!
Прекрасный новый мир… Судью Верховного суда Швеции поймали на краже из магазина колбасы, ветчины, сыра и, что особенно подчёркивает национальный колорит, мясных фрикаделек. Интересно, тех самых, которые так любил Карлсон, который, наверное, до сих пор живёт где-то в Стокгольме, на крыше, или каких-то других? И как насчёт соуса? Соус к шведским мясным фрикаделькам – первое дело, особенно острый, по семейному рецепту домомучительницы, фрекен Бок, а про него в полицейской сводке ни словечка. Хотя, судя по ассортименту украденных продуктов, судья, о которой идёт речь, могла бы быть Карлсону старшей сестрой. Или, если судить по делам, скорее приходилась близкой родственницей двум неудачливым ворам из той же сказки, Филле и Рулле, которых гоняло по стокгольмским крышам «маленькое привидение из Вазастана, дикое, но симпатичное». Кстати, и кончила она так же, как помянутые жулики – её поймали полицейские и она обрела изрядную телевизионную славу, хотя профессиональная карьера её на этой удивительной истории и закончилась. Минус один судья в шведском королевстве. Какая потеря для страны!
