В тебе самом — история человечества, тот огромный опыт, те глубоко укоренившиеся страхи, тревоги, та печаль, те удовольствия и убеждения, которые впитывал в себя человек на протяжении тысячелетий. Ты и есть эта книга. Она не напечатана ни одним издателем. Она не продается. Ни к одному специалисту не сможешь ты обратиться за разъяснением, потому что его собственная книга ничем не отличается от твоей. И не прочтя эту книгу внимательно, неторопливо и с терпением, ты никогда не сможешь изменить общество, в котором мы живем, — общество, которое развращено и безнравственно. Кругом царят бедность, несправедливость и множество других зол. Любого сколько-нибудь серьезного человека не может не волновать то, что происходит сейчас в мире: весь этот хаос, разложение и война — величайшее из всех преступлений. Чтобы в корне изменить наше общество и его структуру, нужно научиться читать эту книгу, которая и есть ты. Ведь все мы, наши родители, родители наших родителей и т. д. — все мы и создаем то общество, в котором живем. Это общество создано совместными усилиями всех без исключения людей, и если оно не изменится, то впереди нас ждут еще большее разложение, новые войны и дальнейшее уничтожение человеческого разума. Поэтому, чтобы прочесть эту книгу, которая и есть ты, нужно постичь искусство слушать то, что говорит эта книга. Слушать — не значит так или иначе истолковывать то, о чем говорит книга. Просто наблюдай себя, как ты наблюдал бы тучу. Ведь ты ничего не можешь поделать ни с тучей, ни с качающимися на ветру пальмовыми листьями, ни с красотой заката: ты не в силах все это изменить. Поэтому нужно постичь искусство слушать, что говорит книга. Книга эта — ты; она все тебе откроет.
Есть и другое искусство — искусство наблюдения, искусство видения. Когда ты читаешь книгу, которая и есть ты, это не значит, что вот — ты, а вот — книга. Отдельно от тебя нет ни книги, ни того, кто ее читает. Эта книга — ты.
Есть и еще одно искусство — искусство учения. Компьютер тоже может учиться: его можно запрограммировать, и он воспроизводит все то, что в него вложили. Мы же сперва узнаём что-либо на опыте, усваиваем это знание, храним его в мозгу, после же в виде памяти возникают мысли, а затем — действия. На этих-то действиях мы и учимся. Таким образом, учение — это усвоение нового знания. Именно этим, подобно компьютеру, и занимается все время сознающий, бодрствующий разум. Опыт, знание, память, мысль, действие — вот к чему сводится постоянная наша деятельность, которую мы называем учением — учением на опыте. В этом и заключается вся история человека — постоянный вызов и ответ на этот вызов. И в этой книге — все знание человечества, которое и есть ты.
Я знаю, что ты, вероятно, очень учен, очень образован; и все же я излагаю все это очень, очень простым языком. Но слово — это не то, что оно обозначает. Пожалуйста, все время помни об этом: слово — не то, что оно обозначает. Символ никогда не является действительностью. Как я уже сказал, существует искусство видения, слушания и учения. Человек никогда не бывает свободен от известного, и поэтому наше обучение становится механическим. Искусство же учения подразумевает нечто совершенно иное. Учение — это исследование пределов знания и — движение. Теперь, с учетом этих трех процессов — слушания, наблюдения, учения — давай вместе прочтем книгу жизни. Это ты вместе со мной читаешь эту книгу, а вовсе не я читаю твою книгу. Мы читаем книгу человечества, которая и есть ты, и я, и все остальные люди. Пожалуйста, обрати на это внимание. Если мы научимся читать эту книгу, которая и есть мы сами, то прекратятся все конфликты и весь наш тяжкий труд. Только тот разум, который научился этому, и есть разум религиозный — не верующий разум, разум, исполняющий все ритуалы, а разум свободный. Только такой разум, от начала к до конца прочитав эту книгу, получает благословение истины.
Какова же первая глава этой книги? Это твоя книга, так что же написано в этой главе? Не говоря о физическом существовании, о физическом организме со всей той тяжкой работой, которую приходится выполнить телу, со всеми его болезнями, леностью, инертностью, недостатком надлежащей пищи, надлежащего питания, — не говоря обо всем этом, каково же первое движение? Тебе, конечно, часто приходилось смотреть на себя в зеркало, причесываться, пудриться и так далее, но при этом ты ни разу не заглянул в себя. А заглянув в себя, разве не убедишься ты в том, что ты — вторичный человек? Может быть, не очень-то приятно сознавать, что ты вторичный человек. Но ведь мы все напичканы чужим знанием — тем, что сказал нам тот или иной человек, учитель или гуру; тем, что сказал Будда, тем, что сказал Христос, и т. д. Мы заполнены всем этим. Если же ты учился в школе, колледже или университете, то и там тебе тоже говорили, что делать и как думать. Поэтому, если ты поймешь, что ты вторичный человек, ты сможешь избавиться от этой вторичности разума и — взглянуть.
