— Мы договорились, что он сохранит мой секрет, — тихо произнес он, глядя ей в глаза, — а я кое-что для него добуду, а это, — он показал ей правую руку, на пальце которого красовался большой овальный камень, пульсирующий красным, — это — материальное подкрепление нашего договора. Дает мне некоторые силы, но и где бы я ни был, он везде сможет найти меня и призвать к ответу, если до этого дойдет.
Он пошевелил пальцами, и Кьяра заметила, что хоть камень и выглядел, как массивный перстень, но кольца не было. Это было странно, но, кажется, камень был вплавлен прямиком в плоть.
— Я уже говорил, что затеял одну опасную игру, — продолжил паладин. — К сожалению, сделка в Маммоном не входила в нее, но так я хотя бы смогу продолжить.
— Надеюсь, твой план сработает, и эта игра стоила того, — ответила чародейка. — Насколько в моих силах, я тебя поддержу.
— Спасибо, — тихо сказал Эридан и вдруг прижался лбом к ее лбу. — Ты храбрый маленький кот, львиное сердце. Побереги себя во время битвы, не лезь на рожон. Я буду присматривать за тобой.
Тифлингесса возмутилась. Она была сильной и расчетливой, бойцом по духу, а не маленькой девочкой. Подобное отношение ей было не по вкусу.
— Вот ещё, — фыркнула она. — Ты меня с кем-то путаешь. Не приписывай мне того, кем я не являюсь. Я бродячая кошка, которую пригрели.
— Тогда у тебя должен быть очень сильный инстинкт выживания, бродяжка… — ответил эльф. — Ладно, иди отдыхать. Ты сегодня выложилась и должна восстановиться.
Кьяра скорчила мордочку. Она не нуждалась в его опеке, покровительстве или защите. Пусть оставит это для эльфийских принцесс, подумала она, вставая с камня, и уходя, кинула ему:
— Ты тоже отдохни.
— Обязательно, — ответил он, в голосе его звучала улыбка.
Кьяра ушла к своим вещам, расстелила спальник. Укладываясь, рассмотрела зелья, что дал ей Эридан. Бледно-желтое ослабляло врагов, но высасывало жизненную силу выпившего после окончания эффекта, а сине-красное — позволяло противостоять огню или холоду по своему желанию и, наоборот, наносило ответный урон нападающему. Правда, впоследствии било выпившего тем же огнем или холодом. Последнее она решила вернуть Эридану, ему это будет полезней.
Завернувшись в спальник, она забылась беспокойным сном. Ее снова мучили красочные, реалистичные кошмары. На этот раз с нее заживо сдирали кожу и кидали лоскуты на раскаленную решетку. Она почувствовала боль и запах собственной подожженной плоти.
Кьяра проснулась от громкого гомона гвардейцев. Несмотря на гнетущие кошмары, она сумела выспаться и восстановить магические силы. Выпитое вчера зелье сулило ей проклятие, но пока оно никак себя не проявило. В темноте плясала яркая вспышка — Эридан уже вовсю тренировался с клинком. Вкусно пахло горячей едой.
Взяв пузырек с красно-синим зельем, девушка подошла к тренирующемуся эльфу.
— Доброе утро, — улыбнувшись, сказала она. — Я изучила пузырьки, что ты дал вчера. Одно мне пригодится, а вот это лучше выпить тебе. Вряд ли будут бить огнем или холодом, но даже если не будут, ты всегда можешь ответить уроном на урон. Для этого даже не нужно видеть противника.
Паладин, приостановив тренировку, улыбнулся в ответ:
— Да, доброе утро.
Взяв бутылочку, бросил беглый взгляд на этикетку:
— Как интересно. Я не вчитывался, взял то, что под руку попалось. Это действительно будет очень полезно… Спасибо.
Кивнув, девушка направилась в сторону костра. Проходя мимо Арума, сидящего с кружкой в руках, она невольно приостановилась. Возможно, ей показалось, но в неверном свете костра шкура жреца приобрела заметный темно-золотой оттенок. Ее так поразил этот факт, что она просто не удержалась:
— Я не помешаю?
— Нет, Кьяра, что ты. Садись, — ответил драконид, освобождая ей место.
— Как себя чувствуешь? — спросила тифлингесса. — У тебя как будто изменился цвет чешуи. Сейчас ты похож на благословленного Бахамутом[55].
— Я удивительно спокоен, — произнес он, голос его прозвучал вдохновенно. — Наверно, впервые в жизни. Привык прятаться за отца или брата, но сейчас чувствую в себе силу и уверенность. Темпус вновь заговорил со мной.
Немного помолчав, повернул к ней голову:
— Как ты сама? Я чувствую, как возбуждены эльфы. Они похожи на рой пчел, готовый к переселению в новый улей. Все или ничего.
— Рада, что у тебя такой настрой, — улыбнулась в ответ девушка. — Волнуюсь и боюсь, как перед любым боем, а так нормально. Кошмары донимают. Пытки все изощрённой.
Услышал это, драконид немного призадумался.
— Мои кошмары тоже продолжают терзать меня, но я знаю, что это — мои боль и страх, — тихо сказал он. — Боль от потери, страх перед тем, что мне не под силу. Мой долг — преодолеть это. А твои сны точно не случайны. Я привык к видениям и поэтому слабо верю в случайности такого рода. Это или знамение, или воздействие чего-то.
— Лучше бы были случайностью. Не хочу, чтобы воплотились в реальность, — поежившись, сказала тифлингесса. — Скажи, а есть какой-то способ узнать, в чем заключается проклятие, если точно знаешь, что проклят?