Правый поворот, движение по прямой, опять поворот, крутой спуск. По изменению отзвука выхлопных струй Ричардс понял, что они в помещении. Добрались-таки до гаража.
С губ сорвался вздох облегчения.
— Квитанция имеется, приятель? — спросил незнакомый голос.
— Держи.
— Пандус номер пять.
— Хорошо.
Они повернули направо, поднялись по пандусу, постояли, вновь повернули направо, потом налево. Бредли перевел двигатель на холостые обороты, а когда пневмокар завис над самым полом, совсем выключил его. Конец пути.
Короткие мгновения тишины, открылась и закрылась дверца, шаги прошествовали к багажнику, световая точка перед глазами Ричардса исчезла: ключ вошел в замочную скважину.
— Ты здесь, Бенни?
— Нет, — прохрипел он. — Они забрали меня на границе штата. Поднимай эту чертову крышку.
— Одну секунду. Сейчас здесь никого нет. Твоя машина припаркована рядом. Справа от нас. Ты сможешь вылезти быстро?
— Не знаю.
— Постарайся. Поехали!
Крышка откинулась, в гараже стоял полумрак. Ричардс приподнялся на левой руке, перекинул через край одну ногу и застыл. Затекшее тело кричало от боли. Бредли подхватил его и чуть ли не волоком дотащил до видавшего виды зеленого «уинта». Распахнул водительскую дверцу, усадил Ричардса за руль, захлопнул дверцу. Мгновением позже плюхнулся на пассажирское сиденье.
— Господи, — выдохнул он. — Мы здесь, парень. Мы здесь.
— Да уж, — эхом отозвался Ричардс. — К тому же еще и живые.
Они покурили, в сумраке гаража красными огоньками светились кончики сигарет. Какое-то время оба молчали.
— Нас едва не сцапали на первом контрольном пункте, — говорил Бредли, пока Ричардс растирал правую руку. — Этот коп хотел открыть багажник. Хотел. — Ричардс промолчал. — Как самочувствие?
— Получше. Достань бумажник. У меня рука не сгибается.
Бредли отмахнулся:
— Успеется. Сначала послушай, что мы с Ричем придумали.
Ричардс прикурил вторую сигарету от окурка первой. Нервное напряжение постепенно спадало.
— Мы сняли для тебя номер в отеле на Уинтроп-стрит. Называется он «Уинтроп-хаус». Звучит внушительно. На самом деле крысиная нора. На имя Огдена Грасснера. Запомнишь?
— Конечно. Меня узнают в первую же секунду.
Бредли перегнулся через спинку, достал с заднего сиденья коробку, положил Ричардсу на колени. Длинную, коричневую, перевязанную бечевкой. В таких коробках, подумал Ричардс, носят взятые напрокат платья для выпускного вечера. Он вопросительно взглянул на Бредли.
— Открой.
Ричардс не заставил просить себя дважды. Очки с толстыми затемненными стеклами лежали поверх темного материала. Ричардс положил очки на приборный щиток, достал из коробки… сутану священника. Под ней оказались четки, Библия и пурпурная накидка.
— Священник?
— Совершенно верно. Переоденешься прямо здесь. Я тебе помогу. Трость на заднем сиденье. Ты не слепой, а слабовидящий. Натыкаешься на то, что попадается на пути. В Манчестер ты прибыл на совещание Совета церквей, посвященное борьбе с наркотиками. Понял?
— Да. — Пальцы Ричардса поглаживали пуговицы рубашки. — Слушай, а брюки под этой дерюгой носят?
Бредли расхохотался.
Бредли говорил быстро. Он вновь сидел за рулем, Ричардс — на пассажирском сиденье.
— В твоем чемодане коробка с почтовыми наклейками. Чемодан в багажнике. На наклейках написано: «Через пять дней вернуть в „Брикхилл мануфакчуринг компани“, Манчестер, Нью-Хэмпшир». Изготовили их Рич и еще один парень. В штаб-квартире «Бильярдистов» на Бойлстон-стрит. Каждый день ты будешь посылать мне две кассеты в коробке с такой наклейкой, а я — отправлять их Корпорации Игр. Пользуйся услугами экспресс-почты. Они до этого не додумаются.
Машина плавно остановилась у тротуара перед «Уинтроп-хаус».
— «Уинт» я верну в гараж. Не пытайся уехать из Манчестера в таком облачении. Ты должен превратиться в хамелеона, приятель.
— Как долго я могу здесь пробыть? — спросил Ричардс. Я полностью у него в руках, подумал он. Но, с другой стороны, что он мог сделать в одиночку? Да и сил почти не осталось, ни физических, ни моральных.
— Номер забронирован на неделю. Возможно, столько ты тут и пробудешь. Возможно — нет. Действуй по обстановке. В чемодане найдешь имя и адрес. Парень из Портленда, штат Мэн. Там тебя спрячут на день-другой. Это обойдется тебе недешево, но ты будешь в безопасности. Мне надо ехать, парень. Стоянка не больше пяти минут. Пора расплачиваться.
— Сколько? — спросил Ричардс.
— Шесть сотен.
— Что ты несешь? Этим даже не покроешь расходы.
— Покроешь. Да еще останется несколько баксов на семейный обед.
— Возьми тысячу.
— Бабки тебе еще понадобятся, приятель. Будь уверен.
Ричардс в растерянности посмотрел на него:
— Господи, Бредли…
— Остальное пришлешь, если прорвешься. Скажем, миллион. Чтобы мы зажили припеваючи.
— Ты думаешь, прорвусь?
Бредли улыбнулся, грустно, печально, и промолчал.
— Тогда почему? — прямо спросил Ричардс. — Почему ты столько для меня делаешь? Ты меня прячешь, это я могу понять. Сам поступил бы так же. Но ведь ты привлекаешь и своих друзей.
— Они не возражают. Расклад им известен.
