Он опустил глаза и снова стал читать.
— Я начал писать «Способ Машины» той ночью в 1975-м, когда придумал псевдоним, но было и еще кое-что. Приготовившись писать, я заправил лист бумаги в свою пишущую машинку и… вытащил его. Я печатал на машинке все свои книги, но Джордж Старк пишущих машинок явно не одобрял, — на губах его промелькнула усмешка. — Может, потому, что ни в одной из тех дешевых гостиниц, где он проводил время, не было курсов машинописи.
Дальше Бюмонт переходил к «биографической справке» Джорджа Старка, где говорится, что автору тридцать девять, что он отбывал заключение в трех разных тюрьмах по обвинению в поджоге, вооруженном нападении и нападении с целью убийства. Однако биографическая справка — лишь часть истории; Бюмонт достает авторскую карточку из «Дарвин пресс», где расписана жизнь его
— В одном из ящиков моего стола я нашел старый блокнот и вот это, — он указывает на керамическую вазу с карандашами и с удивлением обнаруживает, что указывает на нее зажатым в руке карандашом из этой самой вазы. — Помню, я начал писать, а следующее, что я помню, это Лиз, которая пришла сказать мне, что уже полночь и спросила, собираюсь ли я когда-нибудь ложиться спать.
У Лиз Бюмонт есть свои собственные воспоминания об этом вечере.
— Я проснулась без четверти двенадцать, — говорит она, — увидела, что его нет в постели и подумала: ну что ж, значит, работает. Но, прислушавшись, я не услышала стука пишущей машинки, и мне стало немножко страшно. — По ее лицу можно предположить, что было страшно чуть больше, чем «немножко». — Когда я спустилась вниз и увидела, как он царапает в этом блокноте, меня можно было сбить с ног перышком, — она смеется. — Он едва не водил по бумаге носом.
Корреспондент спрашивает, испытала ли она облегчение. Мягким, рассудительным тоном Лиз Бюмонт отвечает:
— Жуткое облегчение.
— Я перелистал блокнот и увидел, что написал шестнадцать страниц без единой помарки, — говорит Бюмонт, — и я извел три четверти новехонького карандаша на стружку в точилке. — Он смотрит на вазу с таким выражением, которое можно принять то ли за меланхолию, то ли за скрытый юмор. — Наверно, мне надо выкинуть эти карандаши теперь, когда Джордж мертв. Сам я ими не пользуюсь. Что касается меня, то я не могу работать без машинки. Руки устают и не слушаются.
— У Джорджа никогда не уставали, — подает реплику Лиз Бюмонт.
Он поднимает голову и загадочно подмигивает.
— Детка? — он взглянул на свою жену, сосредоточенно засовывающую остатки грушевого пюре в Уильяма. Немалая часть порции малыша оставалась на его слюнявчике.
— Что?
— На секундочку посмотри сюда.
Она посмотрела. Тэд подмигнул.
— Это было загадочно?
— Нет, дорогой.
— Так я и думал.
Все остальное — уже следующая глава в длинной истории о том, что, по выражению Тэда Бюмонта, «уроды называют романом».
«Способ Машины» был опубликован в июне 1976-го в маленьком издательстве «Дарвин пресс» (вещи «настоящего» Бюмонта печатались в «Даттоне») и стал сюрпризом года, заняв первое место в списке бестселлеров от одного побережья до другого. Снятый по нему фильм стал убойным хитом.
— Долго я ждал, когда кто-нибудь разнюхает, что я — это Джордж, а Джордж — это я, — рассказывает Бюмонт. — Авторское право было зарегистрировано на имя Джорджа Старка, но мой агент был в курсе, а также его жена — сейчас она его бывшая жена, но по-прежнему полноправный деловой партнер, — и, конечно же, служащие высокого ранга в «Дарвине» тоже знали. И главный бухгалтер — он-то не мог не знать, потому что Джордж хоть и умел писать от руки романы, но у него были некоторые проблемы с росписью на обратной стороне чеков. Знали, разумеется и в Налоговом управлении. Потому мы с Лиз и ждали около полутора лет, когда же кто-нибудь накроет наш балаган. Этого не случилось. Думаю, это просто слепое везение, и единственное доказательство тому — когда вы не сомневаетесь, что кто-то непременно должен болтнуть, все держат язык за зубами.
И все держали язык за зубами последующие десять лет, за которые неуловимый мистер Старк, гораздо более плодовитый писатель, чем другая его половина, опубликовал еще три романа. Ни один из них не имел того феерического успеха, что был у «Способа Машины», но все они уверенно протоптали дорожку к верхушке списка бестселлеров.
После долгой, задумчивой паузы Бюмонт начинает рассказывать, почему он все-таки решил в конце концов раскрыть столь выгодный секрет.
