Если считать автором Моисея, то книга должна была быть написана около 1450 г. до н. э., а если же автор жил во времена Соломона, то около 950 г. до н. э. Некоторые датируют книгу ещё более ранними временами. Бакстер полагает, что Книга Иова может быть «самой древней книгой в мире»14. Однако, мало кто из современных учёных относит книгу к эпохе Моисея. Другие консервативные учёные считают, что книга написана во времена Соломона15. Г. Л. Эллисон полагает, что «эпоха Соломона… – это самое раннее разумное предположение»16. Некоторые консервативные учёные полагают, что поэтические части книги содержат внутренние доказательства того, что книга была написана в VII в. до н. э. или позже17.
Аргументы, основанные на используемом в книге языке, видятся сомнительными. Книга могла время от времени редактироваться в соответствии с языковыми изменениями. Как бы там ни было, языковые доказательства настолько расплывчаты, что некоторые учёные делают из них полностью противоположные выводы. По их словам, используемый язык указывает на ранний период израильской истории18.
Самым разумным будет отнести книгу к эпохе Соломона, времени расцвета мысли и интереса к мудрости. Тем не менее, в книге нет ничего, что могло бы окончательно бы поставить крест на древней традиции, связывающей эту книгу с Моисеем.
Иов был уроженцем страны Уц (1:1), области предположительно к северу от Палестины. Он был исключительно богат (1:3, 10). Для своих соотечественников он был уважаемым судьёй и благодетелем (29:7-25). Он был очень богобоязненным (1:1, 5, 8). На момент начала повествования у него семь сыновей и три дочери (1:2).
Является ли Книга Иова исторической? Было ли намерением автора отразить в книге реально произошедшие события прошлого, и, если это так, то насколько автор точен в своём описании?
Большинство современных учёных допускают присутствие в книге исторической «сердцевины». Автор явно располагал древней историей о патриархе, в своё время претерпевавшем лишения. И он
Так почему же эти речи видятся сочинёнными, а не произнесёнными на самом деле? В первую очередь потому, что они написаны в стихах, а люди обычно не общаются стихами, особенно в состоянии крайней нужды19. Автор решил положить все разговоры на стихи, чтобы возвысить книгу «от обычного описания исторического события до истории, применимой к широкому спектру ситуаций»20. Диллард и Лонгман излагают ложную дихотомию, когда пишут: «Книга Иова не просто историческая хроника; она являет мудрость, применимую к каждому, кто её слышит»21. Может ли книга одновременно быть точной исторической записью и мудростью, применимой во все века?
Трудно не согласиться, что в XX в. жители Запада обычно не говорят друг с другом стихами, особенно в трудные для них времена. Но главные герои Книги Иова – это мудрецы, жившие во времена патриархов по меньшей мере за две тысячи лет до Христа. А в обществе с устной традицией речь обычно более ритмична и поэтична22. Один из побочных сюжетов книги – это своеобразное состязание в мудрости между Иовом и его друзьями. И это не было просто состязание в логике и богословии, ведь мудрость требует творческого подхода. Мудрецы, состязающиеся в мудрости, вполне могли общаться друг с другом в стихах даже во время лишений, особенно, если эти лишения и были предметом обсуждения.
Вывод из всего этого такой: нет разумных причин не считать поэтические части книги записью разговоров, которые происходили на самом деле в конкретный момент истории.
Среди раввинских мыслителей всегда существовал раскол относительно того, кем же считать Иова. Для некоторых он был одним из немногих поистине богобоязненных людей Библии и, определённо, самым богоугодным из когда-либо живших язычников. Другие видели в нём святотатца. Одни говорили, что он служит Богу из любви; другие, что в своём благочестии он руководствуется лишь страхом.