В 20-е годы книгу Шпенглеру фашистской не называли Упадочной, антимарксистской – да. Но пока еще не фашистской Вот что написано в предисловии от издательства в издании 1923 года: «Для Шпенглера культура Европы вообще кончается культурой буржуазного строя Его идеология, начиненная идеалистическим интуитивизмом, ярко враждебна марксистскому миросозерцанию, представляющему полную противоположность религиозной “чертовщинке” Шпенглера» Издали же книгу, как следует из того же предисловия, по следующей причине: «Нам нужно знать не только о существовании идеологического фронта революционной борьбы, но и изучить противника и уметь его побороть идеологически же – марксистским – оружием».
Конечно же, книга Шпенглера, хоть и носит на себе отпечаток времени (начатая в 1911 и вчерне написанная в 1914 году, она дорабатывалась автором по 1917 год включительно), к идеологии фашизма никакого отношения не имеет. Она относится к категории вечных книг, в которой боль по утрате культурных ценностей переживается автором и как личная, и как общая для всего культурного человечества Эта книга особенно актуальна в наше смутное и шаткое время, когда угроза всеобщего одичания становится одной из главных бед и проблем.
Сейчас эту книгу можно воспринимать по-разному. Как энциклопедию мировой духовной культуры Или как доказательство близости Апокалипсиса Или как фантастический роман-предупреждение в духе Рея Брэдбери с его знаменитым «Фаренгейтом». Главное, что она читается А читаются только великие книги
Страна у нас не только самая читающая, но и самая поющая в мире.
Первое складываем со вторым и в результате получаем книгу композитора и писателя Никиты Богословского «Заметки на полях шляпы»
Книгу эту можно петь, можно читать, можно просто носить в кармане и цитировать при встрече знакомым; она на все случаи жизни
Помните, был такой популярный клуб в старой «Литературной газете» – «12 стульев»? Там еще печатали роман века «Бурный поток» писателя-душелюба и людоведа Евг Сазонова? Так вот, Н. Богословский и Евг. Сазонов… Впрочем, о подробностях умолчим, подробности – на полях шляпы. И подробности, и много чего еще – например, случай с композитором Хре, лауреатом сталинских пре, который, имея высокий пост, не любил композитора Шост Там и про писателей есть: «Не тот писатель, которого не печатают, а тот – которого печатают». И про тяжелый писательский труд: «Писателем быть – не на курорте жить». Ну и так далее.
Когда книжка смешная, много о ней говорить – уже не смешно, поэтому считаю свою миссию выполненной Единственное, от чего не могу удержать себя напоследок, это от какого-нибудь красивого афоризма Хотя бы такого: «Любимый город может спать спокойно (стихи Е Долматовского, музыка Н. Богословского), пока люди еще читают смешные книжки и поют хорошие песни».
В 1809-10 годах Державин, живя в своем имении Званка, диктовал племяннице примечания на только что появившиеся из печати «Сочинения в 4-х частях». Поэзию понимали плохо, она была в стороне от жизни, поэтому подобное комментирование было делом вполне уместным. Эти примечания касались творческой стороны деятельности Державина, и, написав их, автор почти сразу взялся за составление комментариев к непоэтической части своей биографии Державинские «Записки» не были отделаны окончательно и сохранились только в черновике, снабженные многочисленной правкой автора. Но и в этом, черновом, виде они ценны и как памятник литературы, и как важное историческое свидетельство
