В дополнение к этим шестнадцати пунктам специально для женщин Кабула было зачитано следующее обращение:
Она все время теряет главную из виду. Колышущиеся паранджи так похожи одна на другую. Их вкруг волнует целое море, синее море паранджей. Она опускает глаза и смотрит на землю, те грязные туфли она может отличить от чужих грязных туфель. Она видит полоску белых штанов и край пурпурно-красного платья. Так и идет она по всему базару, не отрывая глаз от туфель под колышущейся паранджей. За ней, задыхаясь, спешит беременная паранджа, она едва поспевает за энергично шагающими компаньонками. Первая останавливается выбрать ткани на простыни. Во время разговора с торговцем ее рот прикрыт, а черные глаза с трудом угадываются за нитяной вуалью. Паранджа торгуется, помогая себе руками и носом, что выпирает из-под складок покрывала подобно клюву. В конце концов, она решается, тянется за сумочкой и отдает торговцу пару синих бумажек. Торговец отмеряет несколько метров полотна в голубой цветочек. Полотно исчезает в сумке под паранджой.
Сквозь ткань паранджи проникают ароматы шафрана, чеснока, сушеного перца и свежеподжаренной пакоры,[11] смешиваясь с запахом пота, дыханием и резким запахом мыла. Нейлон на лице настолько плотен, что чувствуешь, как у тебя пахнет изо рта.
Паранджи плывут дальше, по направлению к русским алюминиевым чайникам самой дешевой марки. Женщины щупают товар, спрашивают мнение продавца, торгуются, приходят к согласию. Чайнику тоже находится место под паранджей, что струится складками над чашками и тазами, ковриками и метлами, постепенно разбухая. Две другие, не столь целеустремленные покупательницы останавливаются принюхаться, потрогать пластмассовые заколки и золотистые браслеты, потом, спохватываясь, опять начинают высматривать в толпе свою предводительницу. Она стоит у тележки, на которой вперемешку горой лежат бюстгальтеры. Белые, светло-желтые и розовые, сомнительного покроя. Некоторые привязаны к жердочке и дерзко развеваются на ветру, подобно флагам. Паранджа ощупывает бюстгальтеры и прикидывает размер на пальцах. Она высовывает из-под складок обе руки, проверяет ткань на эластичность, натягивает чашечки и выбирает на глаз мощную конструкцию, напоминающую корсет.
Две отставшие идут дальше, вертя головами. Женщина в парандже — все равно, что лошадь в шорах, она может смотреть только прямо перед собой. Нитяная вуаль переходит в плотную ткань как раз напротив уголков глаз, так что женщины не могут скосить взгляд в сторону. Приходится поворачивать голову. Это еще один маленький секрет изобретателя паранджи: мужчина всегда может определить, на кого или на что устремлен взгляд его жены.
