Лицо стюардессы, встречавшей пассажиров, входящих на борт самолета, было как обычно милым и приветливым. Но для Леночки Смирновой фраза "Добрый вечер!", обращенная к ней, прозвучала как-то особенно ласково и приятно. "Она меня не узнала!", - подумала про себя Леночка, и лицо её расплылось в довольной улыбке. - Она меня не узнала! - повторила она своей спутнице Ольге, которую, видимо, в тот момент занимали совсем другие мысли. - Я так и знала, что самолет будет заполнен! - недовольно ворчала та, - говорила же тебе, что нужно лететь первым классом, так ведь нет, заладила, как полоумная: "Полечу, как все, полечу, как все…!" Вот теперь и лети, как все, и не жалуйся! …Что ты мне только что сказала? - Пустяки…, - небрежно бросила Леночка. - Вот наши места! Я сяду у окошка! Внезапно её мягкое лицо приняло выражение крайней сосредоточенности. - Что случилось? - спросила её Ольга, от внимательного взгляда которой не ускользнула эта секундная перемена в лице Леночки. - А ты уверенна, что Степа сделает все, как надо? - Конечно, уверенна… Леночка отвернулась к окну и замолчала.
Книжки-камушки
День первый
Лицо стюардессы, встречавшей пассажиров, входящих на борт самолета, было как обычно милым и приветливым. Но для Леночки Смирновой фраза “Добрый вечер!”, обращенная к ней, прозвучала как-то особенно ласково и приятно.
“Она меня не узнала!”, - подумала про себя Леночка, и лицо её расплылось в довольной улыбке.
- Она меня не узнала! - повторила она своей спутнице Ольге, которую, видимо, в тот момент занимали совсем другие мысли.
- Я так и знала, что самолет будет заполнен! - недовольно ворчала та, - говорила же тебе, что нужно лететь первым классом, так ведь нет, заладила, как полоумная: “Полечу, как все, полечу, как все…!” Вот теперь и лети, как все, и не жалуйся! …Что ты мне только что сказала?
- Пустяки…, - небрежно бросила Леночка. - Вот наши места! Я сяду у окошка!
Внезапно её мягкое лицо приняло выражение крайней сосредоточенности.
- Что случилось? - спросила её Ольга, от внимательного взгляда которой не ускользнула эта секундная перемена в лице Леночки.
- А ты уверенна, что Степа сделает все, как надо?
- Конечно, уверенна…
Леночка отвернулась к окну и замолчала.
- Умаляю тебя, не думай сейчас о работе, - продолжала её спутница, - Мне стольких усилий стоило вытянуть тебя из твоего болота и организовать эту поездку. Пожалуйста, не пытайся все испортить!
- Ты права, Оля, - помолчав, сказала Леночка, - прости меня, ты так много для меня сделала… Я искренне ценю это и искренне тебе благодарна…
- Ну, вот, началось, - ответила Ольга. - Очнись! Проснись, родная! Ты говоришь со мной, твоей подругой, а не обращаешься к читателям со строк своего очередного романа! Со мной ты можешь вести себя свободно. Скажи просто: “Спасибо, меня все утраивает!”, и мне будет очень приятно.
- Спасибо, дорогая! Меня все-все устраивает! - улыбнувшись, ответила Леночка.
Пришло время пояснить загадочность поведения Леночки Смирновой и озабоченность её спутницы - в противном случае дальнейшее повествование лишится всякого смысла.
Леночка Смирнова, более известная широкой общественности как Екатерина Синяева, вот уже не первый год считалась одной из самых читаемых писательниц в России. А статьи о ней, её творчестве и её жизни не сходили со страниц всевозможных журналов. Одним словом, Леночка Смирнова уже давно была, что называется, героем, или, вернее, героиней своего времени. Всеми любимой умницей, красавицей, идеальной женщиной, примером для подражания, идолом, несбыточной мечтой для миллионов её поклонников, открытых и тайных воздыхателей и, ко всему прочему, крупной общественной активисткой.
Кто-то, прочтя эти строки, скажет “чего же ещё желать!”.
А Леночка Смирнова ничего больше и не желала! Напротив - она успела смертельно устать от этого бесконечного пристального внимания, славы и успеха. Каждое утро, просыпаясь, она давала себе обещание, что вот, сегодня, наконец, она сделает все необходимое для того, чтобы вырваться из плена зависимости от любви и мнения общественности. Но, не успев даже закончить давать себе это обещание, она уже отвечала по телефону своему издателю, что согласна принять участие в очередной презентации. А возвращаясь домой поздно вечером, она уже не находила в себе сил обижаться на себя из-за нарушения своих собственных обещаний. И так продолжалось изо дня в день - общественная жизнь порой не оставляла ей возможности заниматься её любимым занятием - писательской деятельностью.
Но предстоящий отпуск должен был изменить все. Это только ее спутница надеялась, что целый месяц та, ради которой она так старалась, будет лишь отдыхать, бродить по морскому побережью, собирать ракушки, беззаботно болтать с ней до самой зари. Сама же Леночка уже давно решила для себя, что отдых станет для нее лишь параллельным занятием. Главным же её делом вдали от шумных друзей и постоянно звенящих телефонов станет работа над новым романом, идея которого родилась в голове Леночки месяца два назад. Она так и представляла себе это время, когда от рассвета до заката, глядя на море и умиляясь его красотой и спокойствием, она будет строчить страницу за страницей, в результате чего привезет с собой новый, не похожий на прежние, полный добрых эмоций и беззаботности, роман о любви.
- Ни за что не угадаешь, о чем спросил меня твой издатель два дня назад! - неожиданно сказала Ольга, глядя на подругу веселым взглядом.
- О чем?
- Собираешься ли ты написать роман о любви! - ответила Ольга и засмеялась. - Ты представляешь? О любви! “О чем, о чем?” - переспросила его я. - “О любви?” Нет, ты только подумай, о любви! Я ему говорю: “Что бы Леночка писала о любви? Да, не дождетесь!”
Леночка многозначительно улыбнулась.
Не заметив этого, Ольга принялась просматривать какие-то бумаги. Затем, посмотрев на часы, добавила:
- Через час будем на месте. Можешь немного вздремнуть.
Самолет приземлился строго по расписанию. В аэропорту Леночку и Ольгу уже встречали.
- Обещали сильную бурю, - сообщил им один из встречавших. - Придется ехать очень быстро, в противном случае рискуем застрять где-нибудь на полпути.
