Книжник полностью

По прошествии пятидесяти дней по распятии Иисуса, сорока семи дней по воскресении и семи дней по вознесении Его к Небесному Отцу, в день Пятидесятницы, когда иудеи со всех концов империи стеклись в Иерусалим, в доме раздался шум, как от чрезвычайно сильного и стремительного ветра, подобного какому мне ни ранее, ни позднее не доводилось слышать. Он разнесся по дому, и на каждом из нас явились языки пламени. Дух Святой наполнил меня, и я ощутил сильное побуждение выбежать на улицу, как и все остальные. Страх перед гонителями нашими исчез без следа! Мы ринулись прямо в толпу, открыто возвещая Благую весть!

С нами произошло чудо. Мы говорили на языках, которых не ведали. Петр проповедовал великому множеству народа, изумляя книжников красноречием и познаниями в Писании. Где набрался такой мудрости простой рыбак? Мы знали: она исходит от Иисуса, и Дух Святой излил ее на Петра!

Я всегда был способен к языкам, но в тот день…! Я обращался к парфянам, мидянам, эламитам, жителям Месопотамии на языках, мне дотоле неизвестных. В сей день чудес Христос через нас говорил всем людям. Господь возвестил о Себе жителям Каппадокии, Понта, Асии и Фригии. Благая весть достигла семейств, пришедших из Памфилии, Египта, Киринеи, даже из далекой Лидии и самого Рима! Даже критяне и аравитяне услышали, что Иисус — Спаситель и Господь для всех!

Конечно же, многие ничего не поняли. Они насмехались, слыша лишь бессмысленный набор звуков. Разум их был закрыт и темен, сердца — ожесточены против истины. Но тысячи — услышали, и три тысячи исповедали Иисуса Господом и Спасителем. В один день к нашей маленькой общине из ста двадцати верующих присоединились более трех тысяч! С тех пор я все задаюсь вопросом: не на одном ли языке мы все говорили? Может ли быть, что мы все говорили на языке, который был некогда общим для всех людей — еще до Вавилонской башни? На языке, на котором будут говорить на небесах все верующие? Того я не знаю.

Когда праздник Пятидесятницы закончился, нам не хотелось расставаться, но большинство все же отправились по домам, неся с собой познание о том, что Иисус Христос есть воскресение и жизнь, Господь над миром всех своих творений. Позже, странствуя с Петром и Павлом, я встречал тех, в кого семена веры запали тогда в день Пятидесятницы, пустив побеги в сотнях различных мест.

Те же из нас, кто жил в Иудее, оставались в Иерусалиме. Мы были как одна семья, собирались слушать апостолов, и те передавали все, чему учил их Иисус. Вместе трапезничали и молились. Ни у кого не случалось ни в чем недостатка, ибо каждый делился с другим всем, что имел.

Господь продолжал являть свою силу через Петра. Он исцелил хромого. Тот самый Петр, что некогда трижды отрекся от Христа и вместе с другими учениками прятался, опасаясь за свою жизнь, теперь бесстрашно проповедовал в Храме вместе с юным Иоанном.

Саддукеи и священники под предводительством Анны и Каиафы отрицали Воскресение и сеяли ложь, за которую заплатили подкупленным римским стражникам. Но где же было тело Иисуса? Где было доказательство? На небесах! Слово распространялось, вызывая ярость Синедриона. Дух Святой, как пожар, охватывал улицы Иерусалима. Вскоре еще две тысячи признали, что Иисус Христос — путь, истина и жизнь.

Гонения и страдания не заставили себя долго ждать — Каиафа и его единомышленники попытались угасить огонь веры. Никодим и Иосиф Аримафейский были исключены из Синедриона, и члены его перестали даже здороваться с ними. Петра и Иоанна взяли под стражу.

Гамалиил, муж праведный и боящийся Бога, внес в Совете мудрое предложение — подождать, не утихнет ли новое движение само собой. «Если это от Бога, берегитесь, чтобы вам не оказаться богопротивниками». Синедрион постановил отпустить Петра и Иоанна, но прежде — бичевать.

Все мы надеялись, что совет Гамалиила возымеет действие на начальствующих священников. Мы молились, чтобы они обратились ко Христу во спасение и вместе с нами поклонились Мессии, на пришествие которого мы уповали много веков.

Но этому не суждено было сбыться. Они ожесточили свои сердца против верных доказательств, больше страшась потерять власть и положение, нежели провести вечность в Шеоле, куда не простирается милость Божья.

Воистину, за прошедшие годы я узнал, что люди в большинстве своем, отвергают дар спасения во Христе и упорно веруют, что могут спасти себя посредством добрых дел и приверженности законам и человеческим традициям. Это настоящее Божье чудо, что спасаются хотя бы некоторые.

Каждый день мы сходились в Храме. Группы поменьше собирались по домам по всему городу. Те из нас, кто были состоятельны, принимали к себе потерявших дома и имущество. Бог усматривал нужды. Несмотря на угрозы и избиения, мы продолжали учить и проповедовать.