С момента драки прошло уже больше месяца, и родители смягчили условия домашнего ареста Виолетты, поэтому субботним утром в конце апреля у неё наконец получилось устроить личную встречу со своим загадочным интернет-другом. Свой телефон незнакомец Виолетте, конечно, не дал, и девушке пришлось писать ему в ВК, что она на месте. В тот самый момент, когда она отправила сообщение, телефон темноволосого мужчины завибрировал. Сомнений больше не осталось. Виолетта подошла и присела к нему за столик.
– Э-э-э-э… Ты… – только и выдавила из себя девушка.
– Значит, в реальности ты не настолько красноречива, как в текстах, – улыбнулся в ответ незнакомец.
– Я Виолетта, привет, – попыталась взять себя в руки Ви.
– Владимир.
– Очень приятно, – не зная, что ещё сказать, промямлила девушка.
– Рад тебя видеть, – улыбнулся мужчина. – Что ты хочешь? Выбирай. Тут очень вкусный трюфельный торт. И ещё венские вафли с карамелью.
Виолетта покивала и начала изучать меню.
– Я чуть-чуть опоздала. Это я должна тебя угощать, – кокетливо проговорила девушка.
Владимир лишь отмахнулся.
– Я взрослый мальчик, как-нибудь справлюсь. А вообще, не понимаю, зачем такой милой девушке нужно было столько времени, чтобы прихорашиваться. Мне кажется, ты и без косметики будешь восхитительно выглядеть. Но, впрочем, делай так, как тебе нравится.
Виолетта была поражена проницательностью, галантностью и шармом Владимира. Она с трудом сдерживала своё бешеное сердцебиение. Он казался полной противоположностью Онегина, и в то же время в них угадывалось что-то похоже. Но всё это было неважно. Виолетта просто не собиралась упускать такого парня.
Ленский улыбался.
Ловушка захлопнулась.
Вплоть до начала майских праздников все Книжные Черви стояли на ушах. Воскрешение Вия случилось крайне не вовремя и оставило множество вопросов, попытки найти его не увенчались успехом, и всё, что оставалось – ждать и строить планы.
Однако Остап не хотел просто так сидеть. В связи с обнаружением камня и других жемчужин и скорым, как ему казалось, завершением эпопеи он на весь Первомай снял загородный коттедж на всю компанию. В конце концов, им всем нужно было отвлечься и отдохнуть.
Чичиков и Родион занимались готовкой, Тёркин под недовольные нотации Муму открыл купальный сезон. Остап назначил себя главным по бару. А Базаров, Марго и Печорин знатно потешались с того, насколько Чацкий и Онегин оказались неприспособленными к сауне.
Хоть Бендер убедительно просил не заниматься рабочими вопросами во время отдыха, вечером обсуждение всё же произошло.
– Я рад, что мы все здесь собрались, – начал Тёркин. – Отдых после всех событий апреля – это очень даже хорошо.
– Говори за себя, – поморщился Базаров. – У меня там, наверное, сейчас всё отделение лютует, что меня опять нет на работе.
– А ты не говорил им, что скоро тебя вообще может не быть на ней? Совсем? – поинтересовалась Марго. И все посмотрели на неё. Она пожала плечами и продолжила: – Я думаю, все мы понимаем, что нужно потихоньку рубить концы в реальном мире.
– В каком смысле? – не понял Онегин.
– В прямом, – продолжила Марго. – Следует проверить, работает ли ожерелье, и если да, то нужно просто разово использовать камень и отправить себя и всех Непримиримых обратно.
Повисло молчание.
– Ты хочешь вот так радикально? – спросил Остап.
– А как? – пожала плечами Марго. – Используем одновременно все камни, что у нас есть вместе с Сердцем ожерелья и прочь отсюда, домой.
Однако не все были столь решительно настроены, как Марго.
– Может быть, мы сначала избавимся от Непримиримых? И после, когда точно обезопасим всех от них, уйдём сами? – предложил Базаров.
– Так одним ритуалом и избавимся, – настаивала Марго. Потом она осмотрела своих молчаливых друзей, и на лице её промелькнула догадка: – Вы что, уже и не хотите назад?
– Марго, – осторожно начал Тёркин, – мы все понимаем, что рано или поздно нужно будет вернуться. Но ещё не все приняли это. К тому же, мы не знаем, что будет на той стороне. Будем ли мы помнить этот мир, друг друга? Что там вообще будет, на той стороне? Мы будем вечно зациклены лишь в одной истории? Не забывай, не всем повезло, как тебе Марго: вечность с любимым…
– Знаем мы, что возвращаемся когда с помощью жемчужины и рубина, точно книги целы будут, – нравоучительно изрекла Муму.
– Это очень актуально, – кивнул Чацкий. – Особенно после того, как убили Панночку.
– Как бы сейчас дисбаланса не случилось, – покачал головой Раскольников.
– Дисбаланса? – заинтересованно переспросил Печорин.
– Да. Насколько я знаю, когда массово выпилили всех из первого состава Книжных Червей, отношение к Толстому, мягко говоря, испортилось. То же самое с Достоевским. А сейчас пострадает Гоголь, – объяснил Родион. – Те авторы, у которых никого из персонажей здесь не убили, всё ещё в почёте.
– Да бросьте, всегда будут хейтеры, – отмахнулся Печорин. – Как это вообще работает?
– Легко. Вот заходишь в интернет, видишь, как следующие поколения обсуждают, что нахрен им литература не нужна и все эти авторы, и «не хочу и не буду читать», вот тебе и последствия.
