Я медленно поднялась наверх, в свою комнату, быстро переоделась, а потом отправилась в библиотеку. Хотя я была свободна, напряжение внутри меня не позволяло мне спокойно сидеть и что-то читать.
Я должна была увидеть мистера Рида. Мне просто это было нужно. Головная боль сделала меня мягкой и эмоциональной, и, хотя я понятия не имела, какова на самом деле цель моего визита, я надеялась узнать ее, когда буду стоять перед ним.
В библиотеке я столкнулась с другой проблемой.
Была вторая половина дня пятницы. Мистера Рида здесь не было.
Я совершенно забыла об этом. Он был занят своими таинственными обязательствами.
Разочарование охватило меня, а напряжение только усиливалось. Все, казалось, развалилось, и я почувствовала себя жалкой. Почему-то сейчас все шло не так, как мне хотелось.
Растерянно и слегка обреченно я вышла через главный вход и сделала пару шагов по парку. Я не знала, что теперь делать.
Вокруг было не так много людей, так как сегодня стоял невообразимый мороз, и изредка только фигуры в темных плащах спешили к кампусу.
Я бесцельно прошла небольшое расстояние, миновала кафетерий и, наконец, вдалеке увидела витрину маленькой кондитерской, перед которой встретила Филиппа Тамса несколько дней назад.
Украдкой я расстегнула пуговицы своего пальто, хотя такой холодный воздух мог заползти под мою одежду, и сунула руку в карман юбки. Она была той самой, которую я надела вчера на работу, и я медленно вытащила кусок газеты, который мне вручил Филипп.
В горле образовался комок, и я с трудом сглотнула его. У меня был адрес, по которому сейчас находился мистер Рид.
Это было бы так просто: пройти по улице, поймать извозчика и поехать по этому адресу.
Разве не в этом, в конце концов, и состоял мой план?
Я разрывалась между здравым смыслом и любопытством. Между желанием уважать частную жизнь мистера Рида и стремлением его увидеть.
Но это было слишком глупо. У меня не было ни малейшего понятия о том, что меня там ждет. И если бы это была другая женщина, то сегодня мне стало бы еще хуже.
Но неужели было лучше вернуться домой и придумывать самые ужасные сценарии? Разве я до сих пор недостаточно этим занималась?
Поднялся ветер, закрутил опавшие серые листья, лежащие у края дороги, и подтолкнул меня вперед, в сторону улицы. Я позволила себе последовать за ним, сначала я шла медленно, затем все решительнее, понимая, что я сделаю это. Теперь я пойду и раскрою секрет мистера Рида.
Я вышла на дорогу нашла возле чайной свободную карету. Кучер вежливо поздоровался, и я протянула ему листок газеты с адресом. Он кивнул, несколько с сомнением посмотрел на меня, а затем поднялся с козел, чтобы помочь мне сесть в карету.
Я села на ледяную жесткую скамейку, плотно укуталась в пальто и выдохнула заметное облако. Сегодня было действительно очень холодно, гораздо холоднее, чем прошлой ночью, и вдруг я кое-что вспомнила.
Карета двинулась с места, натыкаясь на булыжники, и я почувствовала слабое ощущение руки, обнимающей меня за талию, моей головы на сильном плече и теплого дыхания в волосах.
Я моргнула, отгоняя сон, и уже не была уверена, произошло ли это на самом деле или это были мои фантазии.
Мы проехали через центр города, затем по улицам, по которым я никогда раньше не ходила, издалека я могла даже разглядеть Темзу.
Как хорошо, что я взяла карету, а не пыталась найти адрес самостоятельно. Я даже не знала, на какой из трамваев мне нужно было сесть, чтобы ехать в нужном направлении.
Мир проносился мимо меня, дома и люди, топот копыт и звуки повседневной жизни, но мои мысли были сосредоточены на грядущем. Я приду по этому адресу и узнаю больше.
Я надеялась на столько ответов. Это было уже не просто любопытство по поводу того, чем занимался мистер Рид. Я хотела знать, был ли он по-прежнему зол на меня за то, что произошло прошлой ночью, и испортило ли все мое поведение.
Но в то же время это было проверкой характера мистера Рида и моих чувств. Я смогу узнать, что дальше думать об этом человеке: полностью отдаться чувствам или задавить их прежде, чем они разорвут меня на части.
Мир висел на шелковой нитке, и я ехала навстречу определяющему моменту.
Моя голова и плечи отзывались болью при каждом слишком сильном скачке кареты, и мое внимание снова было обращено на дорогу. Мы покинули центр Лондона и проехали через один из районов, где люди, казалось, не были богаты. Дома были обветшалыми, стекла окон – грязными, а пустые бельевые веревки натянуты поперек улицы. Здесь было мало людей, противостоящих морозу. И я гадала, где мы сейчас находились.
Карета остановилась в тот момент, когда я меньше всего этого ожидала, и я удивленно посмотрела на кучера. Он спрыгнул с козел, открыл дверь и протянул мне руку, чтобы я вышла.
Я вышла на улицу, услышала чавкающий звук и почувствовала, что мои ноги тонут в грязи. Я сразу же приподняла юбку, но было уже поздно. Подол уже коснулся земли.
– Мы действительно в нужном месте? – неуверенно уточнила я у кучера, на что он кивнул.
