– Анимант, следи за своим подолом, – напомнила мне мама. Я закатила глаза. – И не закатывай глаза. Ты уже не ребенок, – продолжила она в том же тоне, и я, взяв за руку своего дядю, вышла из кареты.
Мой корсет неприятно давил мне на ребра, и я не могла понять, почему мама всегда должна была так туго зашнуровывать меня.
– Тогда не говори со мной, словно я один из них, – откликнулась я, сумев прозвучать при этом совершенно спокойно.
Моя мать озадаченно посмотрела на меня, пока я поправляла шарф и юбку своего платья.
– Ты стала такой взрослой, – внезапно произнесла она с некоторым благоговением, и теперь я удивленно смотрела на нее. Что сегодня нашло на нее?
– Давайте скорее зайдем внутрь, здесь, на улице, очень холодно, – бросила тетя Лиллиан, и мы согласились. Улица перед домом была расчищена от снега, и по ней было легко идти. В тусклом свете уличных фонарей вокруг нас повсюду сияли сверкающие кристаллы льда.
Из ярко освещенного дома до нас доносились приглушенные веселые голоса и музыка. Мы вошли в дом семьи Винтероглоу, в нем сегодня вечером был организован закрытый званый прием, на который я вчера согласилась пойти с мамой.
Но конечно, я не ожидала, что она возьмет и купит мне для этого еще одно платье. Темно-красное с золотыми вставками. То, в котором невозможно было дышать, если хочешь влезть в него. И ради такого хрупкого между нами перемирия я надела его без особого ропота. Я могла надеяться только на то, что на этом вечере меня никто не знал, потому что они с тетей нарядили меня, как выставочную куклу.
Дядя Альфред предложил руку и жене, и невестке, и с дамой с каждой стороны поднимался по ступенькам к входной двери, как франт. Он был в хорошем настроении и, кажется, чувствовал себя так же.
Я приподняла вышитый подол, который был тяжелее, чем должен был быть, и последовала за ними вверх по ступеням ко входной двери.
Мы постучали, и нас тотчас впустили, и строго одетый персонал забрал у нас пальто.
– Лиллиан, Альфред. Как я рада вас видеть, – женщина поздоровалась с моими дядей и тетей, коротко прижала Лиллиан к себе и одарила Альфреда доброжелательным кивком головы.
Она была примерно того же возраста, что и моя мать, у нее были золотистые, аккуратно уложенные волосы, на шее она носила бросающееся в глаза голубое украшение. Тетя Лиллиан обратилась к Джейн и ответила на радостное приветствие, которое, однако, показалось немного притворным.
– Это моя невестка, миссис Шарлотта Крамб, и моя племянница Анимант, – быстро представил нас дядя Альфред, и моя мать любезно сделала реверанс, но на нее практически не обратили внимания.
Джейн подошла прямо ко мне, протянула руки и улыбнулась мне так тепло, словно мы были старыми друзьями.
Мне сразу стало не по себе. Я была уверена, что никогда не встречалась с этой женщиной, и ее радостная реакция показалась мне очень преувеличенной.
– Как я рада познакомиться с вами, Анимант, – сказала она, обнимаясь со мной так же, как и с тетей. – Меня зовут Джейн Винтерглоу, и я так много слышала о вас, – заявила она.
Для меня все это было слишком. Слишком много восторженности, слишком много обожания и, самое главное, слишком много физического контакта.
– От кого? – весьма дерзко спросила я, когда она снова отпустила меня, и она рассмеялась так, словно я пошутила. Я была раздражена.
– От моего племянника, естественно. Он ни о ком, кроме вас, больше не говорит, – сказала она мне с заговорщической улыбкой, а затем повернула голову в сторону салона, не отпуская моих рук. – Уильям, посмотри, кто пришел! – воскликнула она, и довольно красивый господин ее возраста отошел от компании и подошел к нам. – Это Анимант Крамб, – с волнением произнесла миссис Винтерглоу, и мужчина тоже улыбнулся.
Я бы с удовольствием развернулась на месте и ушла. Для меня ситуация, когда все восхищались мной, как цирковым зверем, а я совершенно не понимала, что происходит, была неприятна. Кто этот упомянутый племянник, которому я уже хочу свернуть шею?
– Я мистер Винтерглоу, и я очень рад, что вы приняли наше приглашение и пришли, – сказал мужчина гораздо более официально, чем его жена, и протянул мне руку, как деловому партнеру.
Миссис Винтерглоу выпустила меня из своих лап, и я смущенно пожала большую руку своего собеседника.
Ища помощи, я оглянулась в поисках дяди, но он исчез в салоне вместе с двумя дамами. Эти трое просто бросили меня, и на мгновение я неприветливо поджала губы.
Но так и обстояли дела с семьей. Она всегда исчезала, когда в ней нуждались.
Но тут в дверном проеме появилось совсем другое лицо, на которое я, собственно, и не рассчитывала, и ледяная дрожь пробежала по моей спине. Это был мистер Бойль. И он целенаправленно шел ко мне.
Я отдернула руку от мистера Винтерглоу и испуганно отступила на шаг.
– Добрый вечер, мисс Крамб, – произнес он с очаровательной улыбкой на губах и блеском в глазах.
