«Не знаю».
Пол потряс Билли, сделал ему искусственное дыхание и снова встряхнул. Ли побежал наверх.
«Эвелин! – закричал он. – Эвелин!»
Дверь в спальню была закрыта. Он замешкался всего на секунду, а затем отворил ее.
Эвелин спала в кровати, положив под голову две подушки. Длинные светлые волосы спадали на плечи. Она казалась такой красивой и умиротворенной. Слишком умиротворенной. Слишком красивой. Ли встряхнул ее за плечи, сначала легонько, а потом с силой. Эвелин не открывала глаза. У Ли закружилась голова, словно по ней ударили молотком.
«Пол! – завопил он. – Быстро сюда!»
Пол прибежал в комнату.
«Она тоже не просыпается».
Пол проверил пульс.
«Надо вытащить ее отсюда».
Пол поднял Эвелин с кровати. Ее голова и ноги свисали с его рук, а живот был похож на огромный мяч.
«Звони 911. Сейчас же!»
Ли понесся на кухню, к телефону, установленному на стене.
«Долго не берут трубку», – крикнул он, ожидая ответа оператора.
Послышались шаги Пола по лестнице: тот медленно спускался вниз, тяжело ступая под весом беременной женщины.
«Алло?.. Тут что-то случилось. Они не просыпаются… Что?.. Я не знаю… Да, дышат… Нет, не знаю, что произошло… Адрес? Не знаю. Мы только приехали… Я не знаю адрес».
Пол побежал на кухню и открыл ящик. Он протянул Ли какое-то письмо, Ли продиктовал оператору адрес и повесил трубку.
«Едут».
Пол посадил Эвелин на диван в гостиной рядом с Билли. Билли лежал весь враскорячку, не самая удобная поза, но он все равно ничего не чувствовал. Эвелин сидела прямо, с откинутой назад головой, будто ее накачали наркотиками. У Ли стучало в висках. Он помассировал их, но боль не уменьшилась.
«Нужно вытащить их отсюда», – приказал Пол.
Ли нашел в чулане куртки. Он прислонился к дверной раме, почувствовав, что в глазах начинает темнеть и становится тяжело дышать. Он заставил себя сосредоточиться и отдал куртки Полу.
Ли выбежал на улицу. Холодный воздух обжигал щеки и сковывал легкие. Голова кружилась настолько, что Ли чуть не упал. Ключи путались в его руках, пока он пытался открыть дверь.
«Отойди! – крикнул Пол, который, покачиваясь, медленно шел к машине с Эвелин на руках. – Господи, Ли, уйди с дороги. Дверь. Открой дверь!»
Вернувшись к машине, Ли открыл дверь и помог Полу посадить Эвелин.
«Прости, что накричал», – извинился Пол, как только Эвелин оказалась на сиденье в целости и сохранности. Он погладил Ли по щеке.
«Ничего страшного. Пойдем за Биллом».
Ли дошел с Полом до крыльца.
«Жди здесь. Не хочу, чтобы ты заходил внутрь».
«А что там не так?»
«Не знаю».
Пол забежал в дом, прикрыв рукавом рот, хотя никаких резких запахов не ощущалось. Сгоревший хлеб и чеснок. И все. Никаких пахучих газов. Ничего ядовитого.
Когда приехала скорая помощь, фельдшер задал несколько вопросов, ответы на которые Ли совершенно не помнил. Врачи пристегнули Эвелин и Билли к каталкам и попытались восстановить их дыхание.
«Вы знаете, что с ними?» – спросил Ли доктора, который проверял его пульс и давление.
«В больнице сделают анализы, и врачи скажут, что случилось».
Ли тошнило. Он не сопротивлялся, когда работник скорой помощи надел на него маску. Он помнил, что у фельдшера были холодные и на удивление нежные руки. Пол с уверенностью ответил, что чувствует себя нормально, правда, затем его стошнило прямо на снег.
В больнице Ли и Пола направили в одно отделение, Эвелин и Билли – в другое. Ли и Пола отвели в стерильную палату, где им дали кислородные баллоны. Эти маски были кошмаром клаустрофоба. Ли слышал только свое равномерное дыхание. Он посмотрел на Пола, и тот моргнул в ответ. Его глаза слезились. Ли взял Пола за руку, и они так и сидели, не отводя друг от друга глаз, пока не вернулись врачи.
Ли впервые услышал слово «карбоксигемоглобин» от врачей. Они с мрачным выражением лиц объяснили, что уровень карбоксигемоглобина у Эвелин и Билли был запредельным. Ли не знал, что это значит, но предчувствовал беду. А затем они упомянули знакомое словосочетание.
Угарный газ.
– У них не было датчика? – удивилась я.
– Не думаю, что датчики тогда вообще имелись в продаже.
– Так что случилось, почему произошла утечка?
– Мне так и не объяснили всю историю целиком. Насколько я помню, проблема заключалась в вентиляционной трубе на крыше, она забилась из-за снега.
– Тебе так и не объяснили
– В больнице сказали, что Эвелин в отделении хирургии. Билли шел на поправку. Поскольку мы не являлись родственниками, больше нам ничего не рассказали. Полицейские задали еще несколько вопросов, а затем врачи посоветовали нам поехать домой и отдохнуть. Мы зарегистрировались в ближайшем мотеле. Утром приехали твои родители, то есть… Сьюзи и ее муж.
– Дэвид, – напомнила я.
Ли сказал, что видел его раз в жизни, и это случилось в тот день в больнице, в зале ожидания – он не запомнил его имени.
