Фрэнки в задумчивости откусила ломтик банановой лепешки, потом подняла на Кэт взгляд и улыбнулась.
– Сколько бананов вы хотите купить? – переспросила Трикси, продавщица фруктов.
– Двести, пожалуйста, – повторила Кэт.
– Ну ладно. Что вы делаете? Самый большой в мире банановый торт? – рассмеялась Трикси.
– Что-то вроде того.
Фрэнки сидела на ящике в магазине фруктов, нервно листая свой инстаграм. Ее окружали сочные гранаты, роскошные брокколи и рыжие тыквы, помещение заполнял сладкий запах винограда и терпкий аромат апельсинов.
– Вам повезло, что сегодня у меня большая поставка. Обычно я не держу столько бананов, если только это не особый заказ, – сказала Трикси, начиная сгружать гроздья бананов с полок на тележку.
– Трикси, ты просто легенда! – Кэт хлопнула ее по плечу.
– Без проблем, милочка. Вам далеко идти? Столько бананов будут весить много, – спросила Трикси.
– Нет, ничего. Все буквально за углом, – улыбнулась Кэт.
– Итого сто сорок долларов, – сказала Трикси, нажимая клавиши калькулятора.
– Кэт, это очень дорого. – Фрэнки подошла к переполненной тележке.
– Но того стоит. – Кэт выдернула кредитку. – За мой счет.
Кэт покачивала бедрами, шагая по людной Лайгон-стрит и толкая перед собой тележку, доверху наполненную двумя сотнями бананов. Она фальшиво напевала «Hollaback Girl» Гвен Стефани. Только не могла вспомнить ничего, кроме строчки про «БА-НАНАС».
– Кэт! – воскликнула Фрэнки, шагавшая рядом с подругой. – У меня скоро бананы из ушей полезут. Хватит петь!
Кэт ее проигнорировала и продолжила.
– Ладно, стой! Вот его машина. – Фрэнки указала на ярко-красную «хонду цивик», припаркованную сразу за углом.
– Ха, милый номерной знак.
– Это его имя, – сказала Фрэнки.
– Его зовут Санни Дэй?
– Да.
Кэт остановилась рядом с машиной и повернулась к Фрэнки:
– Его фамилия – Дэй, и родители назвали его Санни?
– Да.
– Это почти так же абсурдно, как называть ребенка в честь железнодорожной станции, Фрэнкстон. Может, вы действительно созданы друг для друга?
Фрэнки закатила глаза.
– Итак, в чем твой план? – спросила Кэт.
Типичное для нее поведение: с головой окунуться в драму, а финал оставить Фрэнки. Фрэнки оценила ситуацию, для пущего эффекта поглаживая подбородок.
– Люк на крыше сломан, так что можно через него залезть внутрь.
– Прости-ка, это твоя тощая задница туда может пролезть, но чтобы я протиснулась через эту маленькую дырку? Никаких шансов, – сказала Кэт, указывая на свои бедра.
Фрэнки закатила глаза и скинула обувь. Попытавшись запрыгнуть на машину, но не сумев найти опору, она немедленно соскользнула набок.
– Слишком скользко. Подсади меня.
Кэт оперла тележку о машину, а потом обхватила руками талию Фрэнки и прижала ее к теплой машине. На счет «три» Кэт подтолкнула, а Фрэнки прыгнула. Она неловко, с громким стуком приземлилась на крышу машины.
– Получилось! – воскликнула она, уже задыхаясь. Подогнув ноги, подцепила полуоткрытый люк и затрясла его, пытаясь открыть полностью.
– Черт, до конца не открывается.
– Просто потряси попой, как Бейонсе! Нужно распихать бананы в каждый уголок, – проинструктировала Кэт с улицы.
Фрэнки сделала глубокий вдох и ногами вперед втиснулась в маленькую дыру, насколько могла. Втянув живот, она заерзала всем телом в тщетной попытке пробраться еще глубже, но… застряла.
– Это безнадежно, – прохрипела она.
– Вылезай и попробуй снова.
– Я не могу. Не могу сдвинуться ни вверх, ни вниз. Я застряла, – сказала Фрэнки, отчаянно ерзая. Ее ноги стояли на кожаных сиденьях, а руки были неловко прижаты снаружи.
– Ладно, подними руки, и я тебя вытащу, – сказала Кэт.
– Нет, нет. Нет времени. Санни может выйти в любой момент. Просто подавай мне бананы, и я буду их закидывать внутрь. Давай покончим с этим!
Фрэнки чувствовала, как растет паника от того, как бока люка болезненно нажимают на тазобедренные кости. Она встревоженно огляделась, а потом схватила протянутые Кэт бананы. Она осторожно кидала их в салон, чтобы они тихо приземлялись на сиденье. Каждый банан, падая, как будто говорил: «Вот тебе», «изменник», «отброс человеческого рода». Прохожие не могли не пялиться на эту сцену, разворачивавшуюся на тихой жилой улочке. «Наверное, мы выглядим как сумасшедшие», – подумала Фрэнки, которой внезапно стало страшно стыдно.
– Мы как в какой-то дурацкой сцене из «Секретных Семи», – недовольно проворчала Фрэнки, запихивая бананы в машину Санни.
– Знаю. Здорово, правда? – жизнерадостно ответила Кэт.
– Сколько мы уже закинули, по-твоему? – спросила Фрэнки, пропихивая еще один банан в машину. Кэт посмотрела в тележку и поворошила бананы рукой.
– Примерно половину. Значит, осталось около сотни!
Фрэнки нервно огляделась по сторонам. На нее глазели – на ту ее половину, которая торчала из «хонды цивик», как пьяный подросток в выпускной вечер.
– Фрэнки, – сказала Кэт, неожиданно начиная пританцовывать на месте.
– Что?
– Мой мочевой пузырь.
– Что?
– Мне надо пописать. Сейчас.
– Потерпи, Кэт! Давай закончим с бананами, и можно будет идти, – сказала Фрэнки.
