Билл продолжал исправно содержать своё заведение, прислуживать чародеям. И, кто знает, что творилось в душе старого колдуна, потерявшего сына и решившего навсегда порвать с Тёмным Лордом? В подробности произошедшего были посвящены немногие и лишь эти немногие заметили, что старик стал чуть ниже ростом, чуть темнее лицом. А его колючий бусинка-глаз будто ослеп, подёрнулся пеленой. Может, он устал жить, собрался на покой? А может, так приготовил себя к новой, другой для себя жизни?
- Простите, господа. Я хотел поговорить…
- Можешь говорить. От присутствующих у меня секретов нет.
- Я знаю. Только, похоже, в этом деле, сэр Орландо, господа вам не союзники.
- В каком деле? — Орландо запечатал комнату и показал Биллу на табурет у стены. Старик сел, отставив негнущуюся ногу в сторону.
- Это наше с вами дело.
- Ничего себе!.. С тобой я ещё дел не имел, старый лис.
- Да… Случается и такое.
- Ладно, не томи. Сейчас не до твоих загадок.
- За мной долг. Я должен одному чародею. Он спас мне жизнь. Вернее оставил в живых, а мог прикончить. Уж поверьте мне… Великий и сильный волшебник…
- Ну и что?
- Вы не знакомы с ним. Это было давно. Он теперь покинул этот мир.
- Ну и что?!
- А долг я так и не отдал…
- Твои проблемы. Я здесь при чём?
- Я должен…
- Ты специально меня изводишь, старик?! Забыл, как пару лет назад вынудил меня перекроить твою харчевню? А колодец до сих пор, кажись, плюёт в каждого, кто по воду ходит?
- Гхы. — Эд чуть не прыснул от смеха, но сразу же смутился под строгим взглядом Елены. Элизабет тоже улыбалась.
- Я думаю, что если не смог отдать долг тому колдуну, то может смогу расплатиться с его внучкой…
- Внучкой? — голос Орландо как-то подсел. Он откашлялся и уставился на Кривого Билла так пристально, что единственный глаз старика быстро-быстро заморгал, а сам он заёрзал на стуле как на сковородке.
- Да, сэр. Мадам Мария — его внучка. Я думаю расплатиться с нею.
- Мадам Мария погибла, — вставила Елена.
- Ну, не знаю. Я лично не видел её мёртвой, да и люди говорят, что Кочевницу никто не хоронил. Когда умирает кто-то из рода кочующих волшебников, обязательно что-нибудь случается. Или солнечное затмение, или дождь льёт много дней и ночей, а потом — тысяча радуг во всё небо… Я не видел, но так говорят.
- Значит, ты думаешь, что она жива? — Эдуард внимательно посмотрел на Орландо, потом — на Билла.
- Я не знаю. Но я должен её деду и хочу отдать долг.
- Кому ты будешь отдавать долг? Где она? Ау! Мадам Мари-и-я-я-я! — Элизабет возбуждённо подскочила с дивана и села на корточки перед стариком. Развела руками. — Где она, сэр Билл?
- Ну, мне кое-что известно…
Лизи снова хотела возразить, Орландо остановил её жестом.
- Что? — обратился он к старику.
- То же, что и вам: хозяин…, то есть Тёмный Лорд отдал её водяным.
- Ну?
- Он ведь не убил её.
- Ну и что? Это лишь ещё раз доказывает, что твой хозяин — сущий изверг. Лучше бы убил. А теперь неизвестно, какие муки терпит наша Мария. — Елена сверкнула глазами, встала и начала мерить шагами комнату. Распущенные волосы переливались в лучах весеннего солнца, сквозь узорчатое окно заливающего небольшую комнату постоялого двора. — Да. Лучше бы убил. Кто знает, что делают с людьми эти мерзкие твари? Мэри… Она очень сильная. Она сразу не сдастся… — Елена задумалась. — Если она жива, почему не выходит на связь?
- Ты же знаешь…
- Да знаю… Эх, ты… Если идти в Подводный мир, чем мы сможем себя там обезопасить? Имеет ли силу наше оружие против водяных?
- Водяные никогда не мешали ни волшебникам, ни людям. Их мало кто изучал.
- Придётся, Наимудрейший, — с сарказмом бросила Елена, а потом грустно добавила: — Боюсь…, не успеем.
Лизи сидела на полу и поворачивала голову вслед за маячившей перед носом подругой.
- А лесные феи? Они ведь хозяйничают в Форест Феори. Может что-нибудь знают о Подводном мире? — сказала она.
Елена остановилась. Орландо не знал, что говорить. Как-то защемило сердце. «Наша Мария»… Они снова вместе!.. Снова с ним… И ради неё.
Не откладывая в долгий ящик, чародеи собрались в Форест Феори. Добрались скоро, подгоняемые тревогой и осознанием преступной, но, как ещё недавно казалось, вполне обоснованной бездеятельности. Искать лесных фей в их прекрасном лесу не пришлось. Как всегда. Они сами навестили гостей уже в первое утро, которое встретили путешественники в заповедных кущах Форест Феори.
Фея Виола в сопровождении красавиц-сестёр была романтично грустна и даже немного подавлена. Траурные одежды изумрудного цвета, в которые облачились феи, скорбя по погибшим сёстрам, весьма шли бледнолицым лесным обитательницам. Кукольные мордашки, правда, немного осунулись, под глазами залегли красноватые тёмные круги, но и это ничуть не изуродовало их совершенные черты. Никто не знает, куда исчезают умершие лесные феи, растворяясь в воздухе. Есть ли место на земле, куда приходят живые сёстры, чтобы почтить память ушедших?
Фея Виола внимательно выслушала своих гостей, не задала ни единого вопроса, и, лишь секунду помедлив, сказала:
