Правда Елена ещё ни разу не заставляла Марию поить своим лекарством больного. Однозначно, Мария не стала бы давать это Сэму. То, что предлагала Нэнси, напоминало обычное траволечение, альтернативу которому найти в Хайхилле не представлялось возможным, и Мария искренне надеялась на опыт и материнское чутьё Нэнси. Но давать ребёнку птичий помёт? Ни за что!
В этот раз Марию ждали на чердаке. Все сидели вокруг стола, освещённого свечами и заставленного чистой посудой. Она бросилась собирать тарелки, но Елена плавно отстранила Марию от посуды и заставила присесть на пустой стул.
― Мальчик, кажется, пошёл на поправку. Ты хорошо за ним ухаживала.
― Ну и что?
― Ты не доверяешь нам?
― При чём здесь это?
― Притом, что тебе придётся научиться доверять. Так же как и нам придётся научиться доверять тебе. - Елена взглянула на Элизабет, а та отвернулась в сторону.
― Это почему?
― Ты ведь понимаешь, что мы не можем здесь находиться долго. У каждого из нас есть свои дела, обязанности, которые ждут исполнения. Но теперь, когда ты знаешь, что находишься здесь неспроста, и тебе известно нечто тайное...
― Ты не сможешь оставаться в стороне, - Орландо решил взять нить разговора в свои руки. - Допустим, ты не совсем понимаешь своей роли в событиях последних месяцев. Но, надеюсь, не станешь отрицать, что спасла жизнь Сэмюелю, помогла ему решиться запечатать родного отца за Огненными Вратами, предотвратив непоправимое.
― Мария, - несмело вступил в разговор Эдуард, - кочевники - очень сильные маги. Магическая сила любого кочующего волшебника сравнима лишь с силами самых древних и великих колдовских родов. Возможно, ты действительно не чувствуешь в себе магии. Но это так, поверь!
― Тебе придётся решить, к чему ты приложишь свои способности: станешь ли ты помогать нам или Берингрифу, - Элизабет говорила твёрдо и, не мигая, смотрела на Марию.
― Кому? Берингрифу?! - возмутилась Мария. Она как спасительный круг выхватила из темноты взгляд Орландо, потом смутилась, стала переводить глаза то на Эдуарда, то на Елену. Во взгляде последней было, как всегда, что-то мудрое и доброе. А Эд растерялся и был здорово смущён. Мария посмотрела на свои руки, сцепленные под столом, и, как иногда бывало в прошлой жизни, когда кто-то окончательно выводил её из себя, впилась колючими чёрными очами в красивое лицо Элизабет. - Хорошо, я подумаю. Можно идти, господин? - спросила разрешения у Орландо и встала из-за стола.
― Господин?.. - впервые Мария увидела улыбку на лице Орландо. Он широко улыбался, обнажив великолепные белоснежные зубы, откинулся на спинку стула, и лицо его оказалось в тени, но она продолжала видеть блестящие глаза и сверкающие, почти люминесцирующие зубы.
Элизабет поджала губы, а Елена и Эдуард добродушно засмеялись. Обстановка была разряжена. Елена снова усадила Марию за стол, встала, подошла к ней сзади, наклонилась и положила руки на плечи. Красивое лицо Елены оказалось совсем рядом с Марией:
― Знаешь, тебе придётся пойти с нами. Мы научим тебя тому, что умеем. А Орландо не обязательно называть господином. Может очень скоро этот наследник великого Флориана сам станет называть тебя госпожой. Кочевники меняют ход истории целых стран и народов. Мне почему-то кажется, что ты всё-таки с нами... И ещё. Так странно: ты ведь старше на лет на десять, наверное. А я почти не чувствую разницы в возрасте...
― Это потому, что маги долго живут. Лет через двести никто не заметит вашей разницы в возрасте, - Эдуард продолжал смеяться, показывая рукой в сторону Марии и Елены и переводя её то на одну, то на другую даму.
― Дурак, - по-детски обиделась Елена и села на место.
― Нет, - улыбнулась Мария, - это потому, что я здесь новичок. А вы - маститые волшебники. Вот если бы вы оказались моими студентами, уверяю - разница в возрасте была бы гораздо ощутимее.
― Какими студентами? - поинтересовалась Лизи.
― Ладно, проехали.
― Что значит - проехали?
Проводы
Постепенно Мария стала проникаться каким-то подсознательным доверием к Елене и ощущать материнскую нежность к Эдуарду.
В отношении второй парочки всё было гораздо сложнее. Орландо был особенным человеком: сильным, умным, проницательным. Не уважать такого парня было невозможно. Однако он действительно лет на десять моложе Марии, и она ощущала от этого неловкость. Кроме того, постоянные нападки и недоверие со стороны Элизабет выводили Марию из себя. Ей было порой даже жалко девушку: она так переживала и искренне сомневалась в порядочности Марии. Но Мария ведь была уверена в себе! Или нет?..
