Прочти их вслух. Пусть прогремят подобно грому. Ибо они заставят людей содрогнуться.
Прочти их вслух. Пусть прогремят подобно грому. Если ты способен понять.
За этими стенами — надежда и ужас.
Но на этих стенах — знание и сила.
Пойми их. Произнеси их. Используй их!
Кто не сможет следовать указанию — погибнет!
Сила нуля должна быть освобождена!»
Нет тайны, скрытой так, чтобы ее нельзя было раскрыть, нет голоса, заглушённого настолько, чтобы его нельзя было услышать.
— Майклс, ответь. Майклс! Ты меня слышишь? Ну же, Рэй. Если ты меня слышишь, подай какой-нибудь сигнал.
Хиллман посмотрел на Гэнта и уныло покачал головой. Где бы ни находился сейчас Майкле, радиосвязь с ним отсутствовала. Дав знак остальным остановиться, военные вместе с Чоу Юнем отправились на разведку.
Китаец увидел что-то. Что-то важное-
Дождавшись, пока разведчики исчезнут за ледяным выступом в дальнем конце пещеры, Хаккетт опустился на корточки рядом со Скоттом.
— То, что вы сделали, это великолепно… нет-нет, действительно великолепно. Берете алфавит из шестидесяти букв, записываете число возможных метатез, получаете что-то близкое к пяти или шести триллионам… Да только на то, чтобы записать это, тысяче человек понадобилось бы около тридцати лет.
— Найти среди такого моря иероглифов нужное слово, слово со смыслом, — взволнованно добавил Пирс, — случайность. Но получить три страницы текста с точностью около девяноста восьми процентов? Нет, Ричард, говорите что хотите, но для меня такой результат — почти чудо.
Новэмбер отвела глаза от компьютера и настороженно взглянула на своего наставника. Неужели ей это не снится?
— Профессор, посмотрите, здесь постоянно повторяется одна и та же фраза. «Сила нуля должна быть освобождена!» Си л а нуля? Что это может быть?
Скотт пожал плечами.
— Я уже сказал тебе, что не нахожу в этой фразе никакого смысла.
Если для лингвиста фраза и не имела смысла, то с физиком дело обстояло иначе. Произнесенные Новэмбер слова пробудили в нем глубоко укоренившееся любопытство.
— Сила нуля должна быть освобождена, — задумчиво повторил он. — А там есть что-нибудь еще о нуле?
— Что именно?
— Не упоминается, например, о какого рода нуле идет речь?
— Джон, ничего это ничего, — упрекнула его Сара. — Есть только одного рода нуль.
— Нет, — не согласился с ней Хаккетт. — Это не так.
Теперь уже Скотт поднял голову.
— Что вы хотите этим сказать?
— Попробуйте найти что-то такое, что могло бы быть определением этого нуля.
Лингвист неохотно вернулся к тексту документов.
— Нет же, говорю вам, это бессмысленно. Чепуха. Или загадка. — Он провел пальцем по появившейся на экране строчке. — Ага, вот оно. Послушайте. «Освободите силу нуля. Дух ничего присутствует во всем. Ничто есть все. Сила нуля…»
— Стоп. Остановитесь здесь, — попросил Хаккетт, удерживая его руку. — Да, здесь. Вот оно. Это и есть наш источник энергии. То, что показывают наши спутники. То, от чего загорелись глазки у военных и корпорации «Рола». Святой Грааль. Теперь ясно, о чем идет речь. Об освобождении энергии.
— Так для вас это имеет какой-то смысл?
— Абсолютный смысл, — ответил физик. — Это так называемая нулевая энергия. Буквально говоря, что-то из ничего. Видите ли, ученые девятнадцатого века верили в существование субстанции под названием «эфир». По их мнению, это некая материя, повсеместно встречающаяся во Вселенной и, в частности, объясняющая волновое распространение света. Два парня, Михельсон и Морли, даже провели получивший известность эксперимент по обнаружению эфира и потерпели полную неудачу. Сейчас неважно, поймете вы то, что они сделали, или нет. Важно другое — вы должны знать, что ученые очень давно ищут это таинственное вещество.
Остальным ничего не оставалось, как поверить ему на слово!
— В какой-то момент они решили, что обнаружат нечто вроде «эфирного ветра», возникающего в результате прохождения Земли через этот самый эфир. В общем, эксперимент не удался, и Эйнштейн сразу же ухватился за этот факт, чтобы обосновать свою теорию относительности, являющуюся краеугольным камнем всей современной физики. Эйнштейн придерживался той точки зрения, что в космосе ничего нет, но математические расчеты привели его к открытию квантовой механики. После длительных споров, которые шли на протяжении тридцатых годов прошлого века, ученые, занимавшиеся квантовой механикой, вывели математическую формулу для описания основного квантового состояния колебательной системы и назвали его энергией нулевой точки, или нулевой энергией. Под нулевой точкой понимается температура: ноль градусов по шкале Кельвина.
— Хорошо, но что именно это все значит? — поинтересовалась Сара.
