Код Атлантиды полностью

— По-моему, все это несколько странно, — протянул Хаккетт.

— Совет Безопасности в Нью-Йорке предоставляет Соединенным Штатам право собрать команду инспекторов по собственному усмотрению. Положения Договора мы не нарушаем, а китайцев предупредили о наших намерениях заблаговременно. К тому же на нескольких континентах объявлено чрезвычайное положение. Мы можем поступать, как сами посчитаем нужным. Размолвка между Америкой и Китаем сейчас интересует кого бы то ни было меньше всего.

— Но ведь вы сказали, связь с китайской базой оборвана, — напомнил Скотт. — Их делегация преждевременно улетела отсюда. Как же мы сообщим им точное время нашего появления?

Мейтсон закатил глаза, все сильнее нервничая.

— Мне все это не нравится. Честное слово, не нравится. Хоутон глубоко вздохнул.

— Остается предположить, будто китайцы, пользуясь тем, ч то мир переживает тяжкие времена, пытаются пренебречь международным законом. В этом случае у вас есть полное право нагрянуть к ним в сопровождении вооруженной охраны. Или ясе их базы больше вообще не существует.

Мейтсон озадачился.

— Не понял. Уж это-то вы наверняка в состоянии проверить?

— Три наших основных спутника-шпиона прошлой ночью вышли из строя, — сообщил Хоутон.

Пирс беспокойно заерзал на сиденье.

— Но ведь я могу все узнать, — проговорил он, задыхаясь от волнения. — Почему вы не обратились ко мне?

Остальные обменялись недоуменными взглядами. Что он несет? Лишь Хоутон, судя по всему, ничуть не удивился.

— Еще обратимся, Боб, — ответил он рассудительно. — Еще обратимся.

Вопросов больше не задавали. У Пирса никто не потребовал разъяснений, как будто ничего не желая знать. Следовало бить тревогу. Сходить с ума от переживаний. Но они были до того измождены, что, войдя в зеленый самолет военно-транспортной авиации «Геркулес С-130», откинули сиденья, натянули до подбородков одеяла и все одиннадцать часов полета до Кейптауна в Южной Африке крепко проспали. Никто не проснулся, даже когда самолет сделал непродолжительную посадку в Каире, чтобы забрать еще одного пассажира.

— Поосторожнее! Осторожнее!

Скотт внезапно проснулся. Как долго самолет стоял на земле? Это был изготовленный по особому заказу «Геркулес С-130» с герметичной кабиной и небольшим задним отсеком, откуда на малых высотах сбрасывались грузы.

Сейчас дверь кабины была настежь открыта. Внутренность самолета заполняли горячий вязкий воздух и яркий солнечный свет. До Скотта дошло, что он тут совсем один.

Где-то работало радио. Скотт прислушался и узнал знакомый голос. Президент США обращался из Ватикана к своему народу, пытаясь уверить его в том, что опасаться больше нечего. Чертов лжец. Скотт сел, на мгновение задумался о Фергюсе и тут услышал громкий стук, как будто где-то невдалеке уронили нечто тяжелое.

— Черт возьми! Я же сказала: осторожнее!

Скотт узнал и этот голос. Сильный. Звучный. Жесткий. И тем не менее притягательный.

— Сара?

Он отмахнулся от остатков сна, встал с кресла. Вышел в проход и, пропустив вернувшегося в кабину летчика, спустился на землю.

В нескольких футах от самолета стояли перевязанные веревками ящики. В Швейцарии Скотт их на борту не видел. Экипаж грузил оборудование в автомобили с безбортовыми платформами, выстроившиеся в ряд на раскаленной бетонированной площадке.

Руководила погрузкой загорелая стройная женщина в старых выцветших шортах. Воображение Скотта буквально потрясли ее умопомрачительно длинные ноги.

Кашлянув, он произнес:

— Привет, Сара. Я Ричард.

Сара медленно повернула голову, и ее лицо просветлело.

— Привет. Вот мы и встретились в реальности.

Скотт моргнул.

— Безумно рад, что ты жива, здорова. Что выбралась из чертова туннеля. Когда связь оборвалась…— он на мгновение замолк, тщательно подбирая слова, — я не знал, что и думать.

— Скучал по мне?

Скотт усмехнулся.

— Я тебя почти не знаю.

— Это точно, — мягко произнесла Сара.

Скотт улыбнулся. И почувствовал вдруг странное облегчение.

— Ну и деньки выдались!

Сара попыталась ответить ему улыбкой, но не смогла.

— Ужасно жаль Эрика и Дугласа, — пробормотал Скотт.

Сара кивнула. Скотт большим пальцем указал на самолет.

— Меня все бросили.

Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза, может, дольше, чем позволяли правила приличия. Скотт засунул руки в карманы и приблизился на пару шагов.

Сара сказала:

— Ты разговариваешь во сне. Я сидела на соседнем кресле.

— Я очень рад, что ты выбралась из переделки, — повторил он.

Солнце палило нещадно, на горизонте отчетливо виднелась Столовая гора. Самолет приземлился на частном аэродроме, прилегавшем к докам. В двух шагах от пирса высились огромные здания. Высокие краны заполняли суда грузами.

Скотт прикрыл глаза рукой и взглянул на солнце.

— Трудно поверить, — сказал он, — в то, что помимо нестерпимого зноя и рака кожи оно в состоянии причинить нам и гораздо более серьезный вред.

Сара протянула ему лист бумаги, сплошь исписанный какими-то цифрами.

— Что это? — поинтересовался Скотт.