– Итак, что нам известно? – начал он. – Мы знаем, что Аксель считает: дитя с лозой может взять власть над астролябией, если будет держать ее в тот момент, когда лунное затмение произойдет одновременно с зимним солнцестоянием. Шифр, который Аксель вырезал на дереве давным-давно, был СВЖБХРЪМ. Он с того и начал: если в него подставить имя ребенка-лозоходца, то шифр даст ответ, где нужное место. Но, может быть, так было только в прошлый раз? Когда совпали летнее солнцестояние и встреча планет?
– Итак, – сказала я. – В прошлый раз, во время летнего солнцестояния, ключ «Электра» и шифр СВЖБХРЪМ дали нам «линии К и Д» на карте Акселя. То есть место возле Нэса. Если все верно, в смысле, если дитя с лозой – это Электра… нам что, снова поехать туда же?
– Но ведь у нас зимнее солнцестояние, – задумчиво проговорил Орест. – Такое ощущение, что сейчас все должно быть наоборот. Черное на белое…
Ну вот и он заговорил, как Мона на празднике полулуния.
– Знаю! – воскликнула я. – Дай мне карандаш и бумажку!
«Ответ в зеркале». Я была совершенно уверена, что догадалась. Записала на бумажке шифр, вырезанный на дереве рядом с камнем Сильвии. А в качестве ключа взяла не «Электра», а ее имя задом наперед. Как в зеркале! АРТКЕЛЭ… и когда расшифровала… ничего не получилось.
– Тьфу! – фыркнула я и так сильно надавила карандашом на бумагу, что кончик отломился.
Орест пожал плечами. Я буквально видела, как он изо всех сил сдерживается, чтобы не сказать: «А я что тебе говорил?»
Но тут мне пришло в голову проделать то же самое еще раз. Только не имя Электры, а имя Ореста задом наперед… СВЖБХРЪМ и ТСЕРО… получилось… получилось КРЕСТИА!
– Крест ИА! – воскликнула я. – Пересечение линий И и А! Орест, вот оно!
– Нет! – возразил Орест. – Ничего не вот!
– Очень даже вот! – настаивала я. – Смотри!
Я развернула свою карту, на которой были обозначены силовые линии Земли. Линия, помеченная буквой «А», и линия, помеченная буквой «И»… встречались далеко в лесу! На крутом склоне у ручья. Не у камня Сильвии, а на другой стороне, дальше в лес.
– Вот куда нам нужно! – воскликнула я. Сердце отчаянно колотилось. – Дитя с лозой – не Электра! Это все-таки ты, Орест!
Тут я заметила, что Орест сидит неподвижно. Он вовсе не рад. Его сердце не стучит, как мое. Он не хочет быть ребенком-лозоходцем.
– Мы же решили, что все равно пойдем туда! – стала просить я. – Пожалуйста! Мы же договорились! Да что такого может случиться?!
И я стала упорно повторять этот главный аргумент: если ничего особенного не произойдет, почему бы ему не пойти со мной?
– Если я пообещаю пойти с тобой на встречу с Ме-синой, ты пойдешь со мной в лес потом, вечером?
Орест просиял, услышав о Месине.
– О’кей, – сказал он. – Но после этого мы продадим астролябию, да? Чтобы твоя семья смогла остаться в вашем доме?
Я кивнула. Мне нужен всего один шанс. «Крест ИА» – такое не могло быть случайным совпадением. Наверняка это что-то значит. Жаль только, что у нас нет Стрелы времени. Но что, если астролябия все равно сработает? Может быть, нам удастся найти второй кусок пергамента? Только бы астролябия настроилась на Ореста, а с остальным как-нибудь разберемся.
Санна, видимо, решила выжать из окончания полугодия все, что можно. Она заявилась ко мне в образе северного оленя! Лицо раскрашено коричневым и белым, с большими темными глазами, а на голове красуются оленьи рога. Я ее сразу и не узнала! Она и для меня принесла рога, и меня тоже накрасила, хотя и совсем немножко. Потом сфотографировала нас вместе и выложила фото на свою страницу. Да еще и с подписью «Лучшая подруга» – ради этого, знаете ли, стоило напялить оленьи рога. Потом мы пошли за Орестом.
Дверь нам открыла практикантка Лив.
– Ничего себе! – воскликнула она, едва нас увидела. – А у нас в школе Рюдсберга никто так не наряжался на рождественскую вечеринку. Круто!
Подумать только, Лив училась в той же школе, что и мы. Я даже не задумывалась над этим. Естественно, Орест отказался надевать рога, хотя Санна принесла пару штук и для него тоже.
Окончание полугодия в школе Рюдсберга прошло очень мило, с рождественскими песнями и выступлением хора, а ректор и завуч произносили речи в рождественских колпаках.
Наш класс собрался ненадолго, чтобы поесть имбирного печенья и попрощаться перед каникулами друг с другом и с учителями. Я крепко обняла Санну, потому что она собиралась ехать с родителями в Германию на все каникулы. У нее там родственники. И поняла, как я рада, что у меня есть настоящая подруга. Раньше у меня никогда не было подружки.
Анте держался в стороне. И это хорошо, потому что я не знала, что ему сказать. Даже еще не решила, злюсь я на него или нет.
Но Орест с нетерпением ждал, когда праздник завершится, чтобы отправиться на встречу с Месиной, которая, как он верил, появится на станции Лерум. Я же совсем не была в этом так уверена.
И все-таки пошла с Орестом на станцию. Он так нервничал, что за всю дорогу не проронил ни слова. День был холодный и ясный, трава замерзла, лужи прихватило льдом.
