Код Ореста полностью

Когда строилась станция, предполагалось, что пассажиры будут входить в центральные ворота, проходить сквозь зал ожидания и выходить через другие, не менее роскошные ворота на перрон. Но нам с Орестом, чтобы выйти к путям, пришлось обогнуть здание и пройти мимо потрепанных мусорных контейнеров, стоящих у торцевой стороны. Орест недовольно оглядел весь мусор, разбросанный на асфальте: пустые бутылки, обертки от мороженого и банки. Я пыталась заглянуть в окно, до половины забитое деревянными досками. Внутри было так темно, что я не смогла разглядеть хоть что-нибудь.

– Насколько я понимаю, ресторан занимает только половину здания, – сказала я Оресту. – Вторая половина заброшена.

– Ну да. И где, как ты предполагаешь, мы теперь будем искать новые подсказки? – спросил он, глядя на меня.

Я понятия не имела. Мне хотелось верить, что на здании будет какой-то знак – стрелочка или что- то типа того… А еще эти простые числа…

На перроне, где обычно останавливались поезда, начал собираться народ. Скоро отходит поезд на Гётеборг. Среди ожидающих я заметила фигуру в светлом пальто и с большой черной сумкой – она очень напоминала нашу учительницу. Я не хотела, чтобы она нас заметила, поэтому тут же снова повернулась к зданию станции. Мой взгляд остановился на ряде окон. Здесь, на задней стороне, тоже были ворота посередине – как и на передней, а также ряд окон и по одной двери с каждой стороны от ворот. Четыре окна, расположенные ближе к перрону, хорошо освещались – там находился ресторан. Остальные, у которых стояли мы, оказались темными, они были заколочены.

Под каждым окном находился ряд кирпичей, поставленных на торец, а не горизонтально, как в основной кладке здания.

Их было одиннадцать – по одиннадцать вертикальных кирпичей под каждым окном.

– Не пятая, не седьмая, но одиннадцатая, которую ты знаешь, – произнесла я. Орест удивленно уставился на меня. – Может быть, это как-то связано с кирпичами под окнами, – продолжала я рассуждать вслух. – Но «три по одному, два из трех»? Возможно, это указание на нужное окно? «Третья единица тебе нужна».

Окна по обе стороны от ворот распределялись неравномерно. Слева с краю, если стоять лицом к дверям, одно окно было будто само по себе. Потом три окна ближе друг к другу. Затем ворота. После них два окна и дверь, сразу друг за другом. И под конец – еще одно одинокое окно. Мне стало интересно, всегда ли там находилась дверь. Может быть, она заняла место окна? Потому что тогда всё складывается: одно окно, три окна, одни ворота, три окна, одно окно. Три единицы и две тройки. «Три по одной, два по три»! А «третья единица нам нужна» – это должно означать либо первое, либо последнее одинокое окошко, смотря с какой стороны считать.

Подойдя к первому окну с левой стороны, я постучала по одиннадцатому кирпичу. Само собой, он сидел как влитой. Через стекло я увидела людей, сидящих внутри в ресторане, и поспешила прочь. Тем временем Орест добрался до одинокого окна в другом конце здания.

Я приблизилась к нему в тот момент, когда он постучал по одиннадцатому кирпичу под окном. И заметила, что кирпич чуть заметно шевельнулся! Но Орест, похоже, этого не увидел.

– Он шатается, – прошептала я. – Ты что, не видишь? Он шатается! Достань его!

– Что? – переспросил Орест. Он уже занялся другим кирпичом – третьим с правой стороны.

– Нет, не этот, ясное дело, – сказала я. – Тот, за который ты взялся вначале!

Оттолкнув Ореста, я вцепилась в кирпич обеими руками. Правда же, он чуть-чуть движется? Я стала расшатывать кирпич. И он сошел с места! Его не так-то просто было достать, но он, вне всяких сомнений, вынимался.

Я продолжала тянуть кирпич. Он двигался на меня миллиметр за миллиметром. Медленно, очень медленно. Через некоторое время я смогла ухватиться за него. Кусок раствора отвалился и упал на землю, когда я целиком вытащила кирпич из стены.

У меня появились опасения, что меня ждет разочарование. Что просто раствор ослаб с 1892 года, вот и всё. Но это оказалось не так. За кирпичом открывалось маленькое четырехугольное пространство, совершенно черное. Я собралась с духом. Потом осторожно ощупала отверстие. Внутри лежал твердый угловатый предмет. Мне удалось ухватить его кончиками пальцев и вытащить наружу.

Это был деревянный ящичек размером чуть поменьше кирпича. Я погладила пальцами его гладкую поверхность. Ни краев, ни замочной скважины – непонятно, как он открывается.

– Поставь кирпич на место, – прошептал Орест. – Быстро! Давай уже!

Я ничего не поняла, и тогда Орест прошипел мне в ухо:

– Сзади!

Я обернулась.

Перрон уже не казался полупустынным – позади нас собралась целая толпа. Я увидела нашу учительницу, стоявшую там среди других пассажиров. И не только ее – еще учителя труда, учителя физкультуры и даже директрису школы. Похоже, весь педсовет решил в этот день потолкаться на перроне. Они что, на экскурсию собрались? Я отметила, что кто-то с любопытством смотрит в нашу сторону. Но никто ничего не говорил. И я постаралась выглядеть настолько непримечательной, насколько возможно.