Всё началось с сожжения заживо, для которого я снял весь свой костюм (включая нижнее бельё), оставив лишь фирменную маску. Потом моё тело облили бензином, а Дуэйн на камеру несколько раз предупредил будущих зрителей о том, чтобы никто не повторял этот «фокус».
- Перед вами неуязвимый человек! - распинался он. - Неуязвимый! Он супергерой! Фенрир! Тот, кто выдерживает пули и падения с сотого этажа! Большинство остальных - например я, - блогер хлопнул себя по груди, - не такие! Так что не повторяйте! Не повторяйте дома или где-либо ещё! Ха-ха! Я уверен, что мне будет очень больно, если я попытаюсь сделать также!
Вообще, мне предлагали сменить шлем, чтобы не портить его, как и остальной костюм, но я отказался, потому что не доверял этому человеку. Всегда был риск засветиться: новый шлем мог упасть, обгореть, обладать какой-нибудь скрытой камерой внутри…
- Мы замажем гениталии, - сказал мне Дельгадо ещё в момент до включения камер. - Всё равно видео с ними платформа не пропустит, так что не беспокойся. Можешь, конечно, оставить нижнее бельё, но оно сгорит…
На меня с интересом смотрели, изучая тело. Причём взгляды были как от женщин, так и от мужчин. Причём последним не обязательно быть геями, ведь даже нормальные люди могли проявить интерес - это естественно.
Сам я не испытывал никакого стеснения, ибо за годы жизни давно избавился от подобной эмоции. Чего уж, во времена Королевства Зар обнажённые тела не были под столь сильными культурными запретами, а потому особых проблем с этим не возникало.
И вот, в меня полетела зажжённая спичка, заставляя вспыхнуть. Яркие языки пламени сузили обзор, но более никакого вреда от них не имелось. Я спокойно походил по небольшой каменной площадке, рядом с которой (за пределами камер) располагались огнетушители и прочее оборудование.
Бензин прогорел быстро и вот, я уже стоял перед ними: голый, в копоти и пропахший дымом с характерным химическим запахом.
- Душ, надеюсь, у вас есть? - спросил я на камеру, вызывая нервные смешки у людей вокруг.
Всё-таки, несмотря на уверенность во мне и ранее полученную информацию, народ волновался и подсознательно переживал, готовясь в любую секунду бежать на помощь. Честно сказать, это подкупало.
Свою команду Фоксвудс снимал мимоходом, но никого не прятал, показывая, что здесь находится много людей, которые следили за безопасностью.
Далее, конечно же, была стрельба в тело - куда же без неё? - которую проводил специально нанятый отставной полицейский, продолжавший держать себя в форме и регулярно посещавший тир.
Примерно десяток выстрелов прилетело в грудь, живот и ноги.
- Слабо пулей в рот попасть, если открою? - хмыкнул я, провоцируя беззлобный спор.
Отставник усмехнулся, но, прицелившись, попал, даже несмотря на шлем. Поймать пулю зубами налету не получилось. Однако пафосно сплюнуть её мне никто не помешал.
Команда блогера зааплодировала. Раздались довольные крики - люди создавали атмосферу ажиотажа и веселья, но по факту все тщательно следили за безопасностью и стояли весьма далеко от меня, ведь я сразу предупредил, что возможен рикошет. Коп, которому, как я узнал позднее, заплатили четыреста баксов, важно подтвердил верность моих слов.
После бессмысленного расстрела была ванна с кислотой, в которой предварительно, на камеру, растворили несколько элементов разной органики, пластика и даже резины. Я уселся туда с важным видом, а потом демонстративно поплескался, но аккуратно, не попадая на шлем или местность вокруг.
Далее в меня влили десяток литров воды, показав, что желудок, словно бездонная чёрная дыра, способен вместить что угодно и в каких угодно объёмах. Потом, туда же, влили ещё и кислоты - той самой, в которой я сидел, - используя трубку и керамику, которая, как оказалось, не подвержена её воздействию.
- Я буду лишь благодарен, если наконец найдёте способ хоть как-то мне навредить, - пожал я плечами, когда Фоксвудс спросил, не страшно ли подвергать себя таким опасностям. - За всё это время подобное я так и не обнаружил. Может, у вас выйдет?
Разумеется я оставался в рамках своей легенды, что обрёл сверхспособности только в прошлом году.
«Игры» длились почти полтора часа. Потом я, сверив часы, отправился собираться. Дельгадо предоставил душ и заверил, что уже завтра скинет все кадры.
- Если считать все камеры, то видео мы засняли часов на двадцать, - довольно улыбнулся он, ведь во время экспериментов общение тоже продолжалось. - Однако мы всё нарежем и вместим в час, максимум полтора.
Расстались на позитивной ноте, оказавшись довольны друг другом. Общение развивалось не без трудностей и пару моментов пришлось переснимать, демонстрируя чуточку больше позитива друг к другу и над ситуацией. В одном моменте Дельгадо попросил переснять целую сцену, где я откровенно выругался на одного его криворукого помощника - оказалось, работала камера, а «запикивать» он не захотел. Сказал, что это нарушит атмосферу «лёгкости и позитива».
Что же, это его шоу, так значит и карты в руки.
