Алия медленно кивнула. – Тогда… с твоей помощью, думаю, я смогу помочь ей.
Он поднял брови: – Магия воды? Ты это умеешь?
– Сэр? – колеблясь, сказала Алия. – Мы избалованы выбором?
Рот Арариса дернулся в сторону в мимолетной улыбке.
– Полагаю, нет. Ты прежде принимала роды?
– Дважды, – ответила Алия. Она сглотнула: – Эм-м, у лошадей.
– У лошадей, – повторил Арарис.
Алия кивнула, ее глаза, помрачнев, расширились в тревоге.
– Ну, на самом деле это делал отец. Но я ему помогала.
Юная Исана вновь закричала.
Арарис кивнул один раз, как только спазм прошел.
– Возьми ее за другую руку.
Оборванный Линялый, стоящий рядом с Исаной, произнес:
– Это была вторая ошибка. Дурак. Я был таким дураком!
Вместе они перетащили Исану в озерцо. Арарис быстрыми движениями снял свои латы и встал на колени за Исаной, поддерживая ее тело у своей груди, в то время как Алия опустилась перед ней.
Исана в удивлении смотрела на целостную картину, увлеченная воспоминаниями Линялого. Она не помнила ничего из этого. Никто не рассказывал ей об этом.
Арарис протянул свои руки юной Исане, и она сжимала их на протяжении каждой схватки так, что они побелели.
Алия стояла на коленях перед сестрой, держа руки на ее животе и закрыв глаза в хмуром выражении сосредоточенности. Эта сцена приобрела вневременное качество, каким-то образом будучи перемещена из всего другого, что произошло, продолжая существовать в собственном закрытом мире.
Вдруг Алия рухнула в озеро, расплескав воду. Взгляд Арариса остановился на ней: – С тобой все в порядке?
Девушка на мгновение содрогнулась, прежде чем поднялась вновь, закрыв глаза. Ее лицо стало очень бледным.
– Все хорошо, – ответила она. – Только холодно.
– Дурак, – пробормотал Линялый недалеко от Исаны. – Дурак.
Желудок Исаны скрутило во внезапном жутком понимании того, что происходит.
Прошел час, Алия, помогая сестре, неуклонно становилась все бледнее и все слабее держалась на ногах, пока Арарис сосредоточил все свое внимание на поддержке Исаны.
Вовремя раздался сдавленный детский крик. Алия нежно взяла крошечное тельце в руки и запеленала в приготовленный для этого плащ, лежавший поблизости. Ребенок продолжал тихо плакать, безысходно и одиноко.
Алия, двигаясь очень медленно, протянула руки и передала новорожденного своей сестре. Она увидела пушок темных волос. Несчастный крошечный младенец начал успокаиваться, как только ошеломленная мать прижала его к себе, и он моргал, глядя на нее, травянисто-зелеными глазами Септимуса.
– Приветствую, Октавиан,- прошептала Алия.
И скользнула вниз, в озеро, внезапно недвижимая.
Арарис увидев это, запаниковал. С криком он вытащил Исану и ребенка из воды. Затем вернулся за Алией. Но она не двигалась и не дышала.
Линялый разорвал ее платье над раной и там обнаружил скверное зрелище. Обломок стрелы торчал из раны как гигантская заноза, и Арарис в ужасе понял, что несколько дюймов стрелы, с кончиком из обсидиана, глубоко ее пронзили.
Опустилась тьма.
– Она солгала, – тихо сказал Линялый Исане. – Она беспокоилась о тебе гораздо больше, чем о себе. Она не хотела отвлекать меня от тебя и ребенка.
Слезы затуманили ее взгляд, и ее сердце ощутило острую боль от смерти Алии – и потом ужасная и всесокрушающая тяжесть вины за то, что ее маленькая сестренка погибла, спасая ее, легла на плечи Исаны.
– Я не должен был оставлять вас одних, – сказал Линялый. – Ни на мгновение. Я должен был понять то, что случилось с ней. И Тави…
Линялый сглотнул.
– Он так и не обрел своих фурий. Это наверняка случилось во время рождения. Может быть, из-за холода. Иногда трудные роды могут повредить ребенку, ухудшить его способности. Если бы я только помнил о своем долге… Если бы думал своей головой. Я предал его – и тебя, и Алию, и Тави.
– Почему, Линялый? – прошептала Исана. – Почему ты говоришь так?
– Я не могу, – ответил он шепотом. – Он был мне как брат. Это никогда не должно было случиться. Никогда.
Неожиданно место действия вновь изменилось. Исана и Линялый смотрели со стороны на лагерь Легиона, прямо перед атакой. Септимус стоял перед ними в его палатке командующего, взгляд его суров и расчетлив. Непрерывный поток приказов лился с его губ, командуя Трибунами, пока Арарис помогал ему облачиться в латы.
Он закончил речь, и палатка опустела, когда лагерь зашевелился, готовясь к бою. Арарис затянул последнюю шнуровку на броне и ударил Септимуса по бронированному плечу, затем схватил с подставки шлем Принцепса и снизу вверх бросил его Септимусу.
– Я помогу подготовить командный пост, – сказал Арарис. – Увидимся там.
– Рари, – сказал Септимус. – Подожди.
Арарис остановился, хмуро оглянувшись на Принцепса.
– Мне нужно, чтобы ты сделал кое-что.
Арарис улыбнулся.
– Я позабочусь об этом. Мы уже отсылаем штатских.
– Нет, – сказал Септимус. Он положил руку на плечо Арариса.
– Мне нужно, чтобы ты сам ее отсюда увез.
Арарис напрягся.
– Что?
– Я хочу, чтобы ты увез отсюда Исану и ее сестру.
– Мое место рядом с вами.
Септимус слегка заколебался и с затравленным видом взглянул на восток. Затем он сказал:
– Нет. Только не сегодня ночью.
Арарис нахмурился.
