Бернард подождал, пока она взяла первый кусочек цыпленка, чтобы начать:
– Суть в том, что силы Калара отходят. Это хорошо, потому что они уже не идут сюда, – и плохо, потому что есть еще Легионы, готовые отступать и биться.
– Аквитейн сокрушил оба Легиона, удерживая стратегически важные дороги из Черных Холмов, тем не менее они смогли отступить в достаточно неплохом состоянии.
Амара усмехнулась.
– Он, вероятно, вел переговоры с их офицерами, пытаясь подкупить их. Зачем уничтожать, если можно переманить?
– Ты провела слишком много времени в компании Леди Аквитейн, – ответил Бернард. – Заканчивай со своим цыпленком, и я сделаю кое-что приятное для тебя.
Амара подняла бровь, затем недоверчиво пожала плечами и вернулась к еде.
– Как только дочь Аттикуса была освобождена, – продолжал Бернард, – и он удостоверился, что Калар не собирался исподтишка напасть на него в ту же минуту, как он раскроется, Аттикус заморозил кровавую пойму в одну огромную полосу льда.
Затем он провел свои Легионы прямо по ней, чтобы отрезать восточные Легионы Калара и заманить их в крепость, которую они захватили. Теперь они оказались у него в осаде, и Гай посылает Второй Имперский им на выручку.
– А как насчет облаков? – спросила она.
– Очевидно, разрывы в них над городами в глубине страны стали появляться днем раньше, чем мы достигли Калара. Через два или три дня они полностью рассеялись.
Амара в задумчивости прихлебывала чай.
– Удалось узнать, как канимы их создают?
– Пока нет.
Она кивнула.
– Как Легионам Плацидуса удалось прибыть в Церес так быстро? Они добрались туда раньше нас, а мы неслись как ветер. Я думаю, что он гнал их маршем всю дорогу от его города.
– Я подозреваю, что все должны были так подумать, – ответил Бернард. – Но вместо этого он перебросил все три легиона вглубь, к самой границе его территории, через день после того, как Калар захватил его жену. А уже после Гай сообщил ему, что Ария в безопасности, и он форсированным маршем прошел всю дорогу до Цереса. И ему на путь по прямой потребовалось менее одного дня.
Амара приподняла бровь.
– Все три легиона?
Бернард кивнул.
– Сказал, что либо Ария будет освобождена, и он придет на помощь Цересу как можно быстрее, либо, в том случае, если она будет убита, он поведет каждого своего солдата на то воронье отродье, которое посмело сделать это. – Бернард покачал головой. – А я бы сказал, что он не производит впечатление человека, который не сможет спокойно жить, зная, что жив тот, кто осмелился прикоснуться к его жене.
– Нет, – тихо сказала Амара. – Не производит. Но всегда найдутся идиоты, которые будут верить в то, что, если человек не терпит насилия и использует любые способы, чтобы избежать его, то это признак его слабости и уязвимости.
Бернард покачал головой:
– Количество дураков вообще неиссякаемо. Взять хотя бы лорда Калара. Помнишь, ты говорила мне, будто думаешь, что он в сговоре с канимами?
– Я совершенно уверена, что он никогда не называл это сговором, – пробормотала Амара.
– Молчи и ешь, – буркнул Бернард. – Гай просил дать тебе знать, что имело место значительное вторжение канимов, которое началось примерно в то же время, что и мятеж Калара.
Амара втянула воздух.
– Неужели? Что произошло?
– Пока известно мало деталей, – сказал Бернард. Курсоры на месте были атакованы Кровавыми Воронами Калара. Несколько погибло, еще больше пропало и вероятно ушло в подполье. Но похоже, что Гай каким-то образом смог видеть происходящее там, как только ему перестали мешать облака. Канимы прибыли на берег около… – он нахмурил брови. – Большой мост через Тибр. Не могу вспомнить название. Я не слышал его прежде.
– Элинарх, – сказала Амара. – Единственное место, где большое войско может безопасно пересечь реку.
– Именно, – согласился он. – Он направил Первый Алеранский Легион удерживать мост.
– Первый Алеранский? Этот… шутовской легион? Среди Курсоров делаются ставки на то, сколько лет пройдет, прежде чем этот цирк увидит реальный бой.
– А? Надеюсь, ты не много поставила.
Брови Амары приподнялись.
– Очевидно, им удалось выстоять против примерно шестидесяти тысяч канимов.
Она чуть не поперхнулась куском курицы.
– Что?
Бернард кивнул.
– Они высадились у моста, но двинулись на юг и защищали несколько укрепленных городов на окраине и вдоль побережья.
– Канимы ничего подобного прежде не делали, – сказала Амара. – И не вторгались в таких огромных количествах, – она прикусила нижнюю губу. – Шестьдесят тысяч…
– Да, практически десять их собственных легионов, – сказал Бернард.
В дверь постучали. Бернард поднялся и пошел открывать. Его низкий голос тихо рокотал, пока Амара заканчивала есть, а затем он вернулся с Арией Плацидой.
Леди Плацида была снова царственна, спокойна и безукоризненно одета в зеленый шелк. Ее темно-каштановые волосы свободно ниспадали на плечи, она тепло улыбнулась Амаре, когда подошла и склонила голову.
– Граф, графиня.
Амара начала отодвигать чай и подниматься, но Леди Плацида подняла руку.
– Нет, Амара, пожалуйста. Я знаю, ты была ранена. Пожалуйста, отдыхай.
