С тех пор как смертоносные канимские убийцы, которые стали известны как Охотники, попробовали испытать свою удачу против капитана и его женщины, молодой человек никогда больше не оставался без присмотра.
Маркус нахмурился. Сингуляр капитана, его личный телохранитель, которого, как правило, редко можно было увидеть дальше нескольких шагах от его спины, по-прежнему отсутствовал в лагере.
Не было никакого объяснения почему, или где пропадал этот человек. Однако Маркус не собирался интересоваться у капитана по этому вопросу.
Как Первое Копье – старший центурион Легиона, он имел практически неограниченный доступ к командной структуры, по сравнению с любым другим рядовым солдатом Первого Алеранского, но даже его сравнительно широкие полномочия имели пределы, и он не собирался превышать их.
Это могло заставить людей задавать опасные вопросы.
Маркус отбросил неприятный ход мыслей и беспокойную дрожь, которая скрутила его желудок, когда он позволил себе задуматься над этим.
– Маркус, – сказал капитан. Они обменялись быстрыми приветствиями. – Что вы слышали?
– Только что прибыл, сэр, – ответил Маркус.
Капитан кивнул.
– Я послал приказ подготовить ауксилариев к выезду, как и Воронов Битвы.
– Уже сделано, сэр, – сказал Маркус.
– Молодец! – ответил капитан Маркусу с короткой усмешкой, поразительно похожей на мальчишескую. Спустя два года даже Маркус иногда забывал, каким молодым капитан был на самом деле.
Его достоинство, мужество и ум вели теперь уже бывалый Легион через смертельную войну маневров с беспощадным врагом, и он стоял на передовой и в центре, перед лицом опасности, рядом со своими людьми на каждом шагу этого пути.
Они любили его за это. Молодой капитан занял пост командира так естественно и так умело, как если бы он был рожден для этого.
Что вполне естественно, потому что, собственно, так и было.
Желудок Маркуса скрутило снова.
Ему было легче думать о нем, как о капитане. Кем бы ни стал молодой человек со временем, сейчас он был капитаном – и капитаном, достойным преданности Маркуса.
Достойным его уважения. "Достойным твоей честности", – прошептал ядовитый голосок в его сердце.
– Пошли, – сказал капитан, и его взгляд, и его мысли были сфокусированы на командном штабе. – Если Эрен вернулся так скоро, значит, у него что-то неотложное. Давай выясним, что именно.
Валиар Маркус, чье настоящее имя было не Валиар Маркус, последовал за Капитаном Руфусом Сципио, чье настоящее имя было не Руфус Сципио, в укрепленное каменное здание командующего, борясь с внезапным предчувствием, что дни, когда ему нужно было притворяться кем-то еще, практически сочтены.
* * *
Исана, стетгольдер Долины Кальдерон, скривилась, когда фургон врезался в ухаб на дороге, и она поставила кляксу на цифре в столбике чисел, которые подсчитывала на маленьком наколенном столике.
Она сделала паузу, чтобы перевести дыхание и успокоиться, решительно напоминая себе, что ее недовольство вызвано долгими неделями труда и путешествий, а не бездарностью строителей фургона, погонщика запряженного в него скота, или инженеров, которые первоначально проложили дорогу.
Она потянулась за чистым листом бумаги, но обнаружила, что в деревянном ящике пусто.
– Майра, – обратилась она к дочери кучера повозки, – у тебя есть еще бумага?
– Да, миледи, – раздался молодой женский голос. Фургон скрипнул, когда кто-то завозился на переднем сиденье, затем занавески, загораживающие вход в заднюю часть фургона, раздвинулись, и появилась худенькая, кудрявая милая девочка, протягивающая новую пачку.
– Благодарю тебя, дитя, – сказала Исана, беря бумагу.
– Не за что, миледи, – сказала, сияя, Майра. – Вы знаете, что мы сейчас на территории беженцев? Охранник показал мне и отцу то самое место, прямо здесь, на дороге, где произошло это страх-жение с канимами.
– Сражение, дорогая,- поправила ее Исана. – Да, я знаю, что время от времени на обоих берегах реки идут бои.
Майра кивнула, ее темные глаза стали внимательными, а юное лицо серьезным.
– Этот караван очень важен, ведь правда, миледи?
Исана начала испорченную страницу заново. Рвение, которое она чувствовала в девочке, было подорвано ощущением медленно нарастающей тревоги, Исана чувствовала эти эмоции так же ясно, как чувствовала свою собственную утомленную раздражительность, благодаря постоянному, тихому присутствию своей водной фурии, Рилл.
– Да, это так, – сказала она, сохраняя уверенный и спокойный тон, чтобы успокоить ребенка. – Именно поэтому мы так хорошо защищены. Продовольствие и припасы, которые мы везем беженцам, помогут им пережить зиму.
– А без этого они бы голодали, – сказала Майра. – Мы помогаем им.
– Именно, – согласилась Исана.
– И все это благодаря вам! – воскликнула девочка.
Степень такого упрощения была ошеломляющей, но было мало смысла пытаться объяснить это дочери извозчика.
– Поставки и деньги пришли от большого количества знатных и щедрых граждан, – ответила она. – Лидеров Лиги Дианы. Я всего лишь организую все это.
Майра нахмурилась.
– Но папа говорит, что без вас, все эти старые курицы ничего бы не сделали!
