Тави медленно кивнул.
– Он бы пошел туда. Дав им шанс протестовать. Спасая их гордость. Помогая их морали. Если бы посчитал, что так лучше всего.
Исана залезла в сумку с одеждой, стоявшую около нее на палубе и достала штаны из одеяния Эрена, которые были кругом изорваны и кое-как залатаны, что выглядело возможно даже хуже чем сами дыры.
– Что ж. Возможно тебе стоит попрактиковаться. Как ты считаешь, как лучше поступить?
Ее сын покачал головой.
– В последнее время, я часто задумываюсь над этим вопросом.
Ну вот. Она оградила себя от новой волны паники. Сейчас это не то, в чем нуждается Тави.
– О?
– Очень часто, – сказал он.
– Да.
– Это важно.
Исана кивнула.
– О, да.
Он прошептал.
– Я боюсь.
Исана закрыла глаза. В голосе мужчины звучал детский страх, это было больно слышать и чувствовать.
– Суть в том, – тихо сказал он, – что я решаю не только за себя. Если меня сегодня не убьют, или когда мы прибудем в столицу, или в последующем сражении, или на суде, после сражения, тогда… мой поступок отразится на многих людях.
– В последние несколько лет это не так уж необычно, – отметила она.
– Но это другое. Более значимое.
– Правда?
Тави поднял на нее взгляд, ища ее глазами. Они были ярко зелеными на фоне корабельных деревянных балок, окрашенных в темно-коричневый цвет.
– Что, если я не смогу с этим справиться? – тихо спросил он. – Что, если я на это не способен?
– Тави, тебе никогда не требовалось…
– Дело не во владении фуриями, – тихо и твердо произнес он. – Дело во мне, – он наклонился ближе и прошептал, – думаешь, я смогу сделать это? Занять… занять его место?
Сердце Исаны сильно забилось. Она отложила штаны в сторону. От страха ей хотелось сказать своему сыну "нет". Что он не сможет окунуться в безумие охватившее правительство Алеры и выжить.
Что он испортит все, к чему приложит руку, причинит боль и горе бессчетным тысячам людей.
Вместо этого, она взяла его руку и сжала в своих ладонях.
– Из-за этого меня мучили кошмары, с тех пор как ты был малюткой, – тихо сказала Исана. – Каждый раз, как ты делал что-то… привлекающее внимание Короны, каждый раз, как ты бросался защищать другого, было чувство, будто меня ранят ножом. Я была уверена, если ты все узнаешь, враги твоего отца увидят тебя. Узнают тебя. Убьют тебя. Я видела только это.
Она взглянула ему в глаза.
– Но я не видела прямо перед собой, – она сильно сжала его руку, а ее голос стал резким. – Ты доказывал снова и снова, что ты его сын. Его сын. Никогда не позволяй никому говорить обратное.
Он смотрел на нее вытаращив глаза. Затем кивнул и линия его подбородка внезапно напряглась.
– Спасибо.
– Великие фурии, не благодари меня за это, – тихо сказала она. – Я терпеть этого не могу. Я ненавижу все, что с этим связано.
– Ты будешь рядом со мной? – спросил он.
Она нагнулась и обняла его, сжимая так крепко, как только смогла, и прошептала,
– Славься, Гай Октавиан.
Тави стоял на самом носу корабля, где он не мешал никому из моряков, пытающихся выжать всю возможную скорость из "Слайва".
Корабль летел вперед по волнам, и соленые брызги периодически оседали туманом перед ним. Он почувствовал дыхание Китаи на один вздох раньше, чем услышал поступь босых ног на палубе позади себя. Она встала рядом с ним, привычно прижавшись к нему и проследила его взгляд по левому борту судна.
Теперь даже с палубы корабля был виден легко определяемый силуэт другого судна, чьи паруса белоснежно блестели в полуденном солнце, а курс неуклонно сходился с их курсом.
– Они нагоняют нас, – тихо проговорила Китаи.
– Мне тоже так кажется, – ответил Тави, – Команда начинает беспокоиться. Они больше внимания уделяют подготовке своего оружия.
Китаи кивнула.
– Я тоже это чувствую, – она какое-то время молчала и продолжила, – Пираты всегда нападают так далеко в море? Мне кажется это хлопотно. Мы могли бы воевать на пристанях и решать все там. Затем могли бы наслаждаться спокойным путешествием.
– Это было бы гораздо разумнее, – согласился Тави, – Но я боюсь, что они не очень разумные люди.
– Нет. Они алеранцы, – Она покачала головой и Тави вдруг заметил отсутствие добродушного огонька в ее глазах, обычно сопровождающего подобные замечания, – Чала, есть кое-что, что тебе необходимо увидеть.
Тави кивнул и последовал за ней вдоль палубы, к узкой лестнице, ведущей вниз, в полумрак трюма корабля. Внутри корабль выглядел как любое деревянное здание грубой постройки, за исключением странных очертаний внешней стены и низкого потолка.
Они пошли через что-то вроде кладовой, полной ящиков и бочек с провизией, и небольшую мастерскую, где хранились различные деревообрабатывающие инструменты вместе с запасными пиломатериалами, очевидно, для ремонта. Кроме того, двери мастерской вели в грузовой трюм.
Он был сырой и затхлый, освещенной только одной парой крошечных магических ламп. Деревянные балки корабля скрипели и стонали вокруг них. Китаи скользнула вперед, через почти пустой отсек, пока они не дошли до передней части, прямо под тем местом, где Тави стоял несколькими минутами ранее.
