Поскольку я являюсь лицом императорской крови, это нормально, что вызов на дуэль за меня примет начальник гвардии, конечно, если он имеется поблизости.
— По слухам?
Вместо ответа лишь усмехаюсь.
— Вот он удивится, когда Кутузов все же появится, — недобро улыбается сестра.
— Слишком долго удивленным он не будет. Право выставить вместо себя гвардейца у меня есть.
Сестра еще много чего рассказывала — интересного и не очень. Но дело тут было не в количестве уникальной и важной информации, а в самом посыле — и это главное.
Сестра доказала словом и делом, что теперь она на моей стороне — это достаточно приятно. Как минимум по той причине, что род — это самое важное, что у нас есть, и его надо оберегать. Я не хочу быть Романовым, который прославился тем, что убил всех своих братьев и сестру.
Весь следующий дел я был занят делами. А точнее, противостоял своими вето новым указам и распоряжениям Разумовского.
Канцлер последнее время совсем обнаглел и почувствовал безнаказанность. Виктор Степанович начал действовать, уже особо не скрываясь, а его новые законы и распоряжения не только не были полезны для Российской империи, но и вредны. Польза от них была только для рода Разумовских и его союзников.
Как и планировал, я пришел на бал Северских. Мне нужно было здесь появиться и показать главе рода — Сергею Николаевичу свое почтение. Хоть он и не поддерживал меня, но и против не выступал. Этот человек всей душой болеет за империю и достаточно адекватен.
Осталось всего десять минут, через которые я должен был отсюда уйти, как внезапно ко мне со спины подошел высокий широкоплечий мужчина.
Обернувшись, я столкнулся с его разъяренным взглядом.
— Ты… — процедил он, а крылья носа раздувались от злости. — Ты посмел оскорбить Анастасию Романову!
— И как же я ее оскорбил?
— Назвал ее недостойной быть императрицей! Я вызываю тебя на дуэль!
О, как же быстро он перешел к делу.
— А ничего, что Анастасии Романовой тут вовсе нет?
— Плевать! — прокричал он, привлекая к нам всеобщее внимание. — Дерись, трус! Я знаю, что ты настоящий трус, дай же отказ и скажи почему!
— Мне не надо с тобой драться, ты ниже меня по статусу, — спокойно ответил я.
— Как ты смеешь? — проорал он.
— Но я же не сказал, что отказываю в твоем вызове. Вместо меня с тобой сразится глава моей гвардии.
— Хорошо! Если он появится здесь через пять минут, я сражусь с ним! — самодовольно смотрит на меня он.
— А зачем мне пять минут, если я уже здесь? — из-за его спины раздается голос Кутузова, я не удерживаюсь от легкой улыбки.
— Как? — оборачивается неудачливый дуэлянт и смотрит широко распахнутыми глазами на Кутузова. — Ты же был отправлен в командировку в Тверское княжество.
— Кто тебе такую глупость сказал? — спрашиваю я.
— Как так… слуги же сказали…
— То есть ты поверил слухам, которые ходят среди слуг? Тогда ты полный идиот.
Мужчина стоит с открытым ртом и явно сожалеет, что уже не сможет отказаться от вызова. Что ж, он сам виноват в том, что скоро произойдет.
— В общем, жду тебя в машине, — говорю Кутузову. — Заканчивай здесь побыстрее и возвращайся.
Он кивнул, а я отправился на улицу.
Когда младший Разумовский вернулся, я спокойно стоял себе и собирался покурить трубку. Думал, стоит ли воспользоваться спичками или же стоит прикурить от горящей машины, на которую я сейчас и смотрю.
— Понятно… — единственное, что сказал Кутузов при виде этой картины.
— Ага, — ответил я.
— Рад, что вы не находились в машине. Черт, я же лично все проверял, — скривился Кутузов, и я впервые за долгое время увидел на его лице хоть какие-то эмоции.
— В этом случае ты бы никак не смог помочь… Кстати, как твоя дуэль? Надеюсь, ты его не добил?
— Нет, он всего лишь ближайшие полгода клинок в руки взять не сможет.
Я рассмеялся и ответил:
— Зная тебя, он будет боятся взять в руки меч, даже когда раны заживут.
Кутузов кивнул и продолжил:
— До вас мне все равно далеко, господин.
Он имел ввиду мой ум, поскольку я всегда оказывался прав. Но так было не всегда… Из каждого своего перерождения я забирал лишь знания и умения, вернее, это единственное, что я мог унести в новую жизнь. Поэтому меня никогда не интересовали несметные богатства, и мне не хотелось делать каждый из родов, где я оказывался, слабее.
Если оставлять потомкам колоссальные излишки средств, они перестают думать своей головой, стремиться и развиваться — я не раз сталкивался с этим на практике. Оставлять наследникам нужно ровно столько, чтобы им было интересно приумножать эти средства и вкладывать собственные силы в развитие рода.
Очень скоро на улицу выбежали слуги и сам хозяин дома. Умный старик, выглядевший на шестьдесят, но на самом деле он был чуть старше. Род Северских имеет значительный вес в империи, поскольку работает напрямую на государство — у них были военные заводы.
Аура Сергея Николаевича вспыхнула, как только он увидел горящую машину. По парковке пронеслась слабая волна энергии.
Он сразу подошел к слугам и к своим гвардейцам:
— Найдите того, кто посмел это сделать и приведите ко мне! Я лично оторву его голову.
Затем он обернулся к выскочившим на улицу гостям:
