— Почему такие важные и серьезные издательства берут всяких мудаков? — бросила она и засмеялась. — Ах да… Они ничего не знают о Дмитрии. Вот будет новость!
Из двора доносились звуки драки. Виолетта решила присоединиться и откинула журнал в сторону.
Интересно… Этот человек, к которому они приехали, хотя бы понимает, за что всё это? Ведь не было ни объявления войны, ничего не было. Он просто вернулся домой, сегодня у него был сокращенный день службы, а тут такое. Внезапное нападение, и не пойми от кого.
В этом доме не было его ни жены, ни детей. Владелец поместья — бывший военный, изгнанный за жестокое обращение с подчиненными. Долгое время его садистские наклонности скрывались, но в итоге всё всплыло, когда один из рядовых получил смертельную травму, и его родственники начали разбирательство. Командир тогда смог легко отделаться и его просто выгнали со службы.
Были и другие пострадавшие со смертельным исходом, но там дела сумели успешно замять, либо же устранить самих родственников, которые ничего не смогли противопоставить более влиятельному противнику.
С тех пор он двадцать лет служил у одного господина. Владелец дома — солдат до мозга костей. Женщин у него тоже никогда не было — он считал, что им нельзя доверять, поэтому либо посещал дома терпимости, либо договаривался о встречах на одну ночь.
Виолетта была с ним согласна: конечно нельзя доверять: женщина не будет честна с глупым мужчиной!
Слуг по факту у него тоже не было. Его слуги — это бойцы. Его сила, которая сейчас и сражалась с людьми Виолетты. Такие же отбитые на всю голову, как и их хозяин, последний из которых только что пал перед ее ногами, стоило ей открыть дверь автомобиля.
— Можно было поаккуратнее? — спрашивает она.
— Прошу прощения, госпожа, — пожимает плечами телохранитель. — Как вышло.
Виолетта вышла из машины. Самое интересное только начиналось.
Её люди уже успели разобраться с охраной. Теперь настала её очередь.
Она увидела начальника гвардии графа Чернышева. Ради его смерти они сюда и приехали. Ох, Чернышов будет в ярости, когда узнает обо всем произошедшем!
— Госпожа, позвольте мне! — крикнул телохранитель.
— Нет, я сама хочу поразвлечься.
Гвардеец заметил девушку и усмехнулся. По лицу было видно — он считает, что женщинам не место на поле битвы. Он тотчас метнул в неё заклинание огненного клинка. Но Виолетта легко увернулась.
— Ты кто такая? По какому праву пришла на мою землю? — бросил он ей.
Она не ответила. Ей было приятно наблюдать, что до него наконец дошло — кто здесь главный.
— Ты так уверена в своей победе? Говори, кто тебя прислал! — кричал глава гвардии графа Чернышова.
— Неужели, раз я женщина, ты считаешь меня тупой? — засмеялась она.
— Ты узнаешь имя, когда будешь связана и будешь молить перестать делать тебе больно! — прорычал он.
— Ох, боль я люблю. Я её много испытала. Раньше я думала, что женщина и боль — это что-то родное… что-то очень похожее, что-то обоюдно любимое. То, что идёт рука об руку.
Она подошла ближе.
— А потом пришёл господин. И я поняла: терпеть боль не обязательно. Её можно приносить другим. И мне это понравилось гораздо больше!
Сражение продолжилось. Глава гвардии был для неё медленным. Слабым. Виолетта с клинком в руках без особых усилий раз за разом уклонялась.
Он разрубил машину одним ударом — но для Виолетты он оставался слишком жалким. Он замахнулся своим клинком, усиленным магией. Она увернулась. Снова. И снова.
Очередной удар. Клинок вонзился в её плечо и застрял там.
— Вот ты и попалась, — усмехнулся он.
Но Виолетта только улыбнулась.
Кровь вырвалась из плеча, поползла по клинку вверх, вспыхнула острыми шипами — и ударила в лицо врагу. Его глаза ослепли. По лицу расползались кровавые паутинки. Магия крови уничтожала его изнутри.
— Ааа! — завопил он от боли.
Внезапно за спиной возник телохранитель. И одним мощным пинком отправил гвардейца в стену дома.
— Госпожа, вы целы? — участливо спросил он.
Виолетта обернулась и дала помощнику мощную пощечину. Воздух за спиной взмыл вверх.
— Ещё раз помешаешь мне — я сделаю так, что ты сожрешь сам себя!
Он опустил руку от щеки, поднял глаза на свою госпожу. Во рту показались острые клыки.
— У тебя проблемы со слухом? — спросила Виолетта.
— Нет, госпожа. Прошу прощения, — поклонился он.
Ослеплённый гвардеец поднялся. Кровь стекала по его лицу. Но он не был намерен сдаваться.
— Я вас всех убью! — он побежал к Виолетте, сжимая в руках клинок.
— Ты меня утомил, — тихо сказала Виолетта.
Она щелкнула пальцами.
Кровавое лезвие сорвалось с ее руки и разорвало врага на шесть частей.
Виолетта кивнула своим людям, которые безразлично смотрели на разбросанные вокруг трупы:
— Заканчивайте. Сожгите здесь всё дотла. И очистите следы. Мне не хочется менять машины. Опять.
Если после каждого такого задания менять транспорт, можно и разориться, а это Виолетту совсем не устраивало.
— Будет сделано, госпожа, — ответил один из подчиненных.
Телохранитель пошёл с ней к машине.
