Визирь Насир аль-Дин собрал своих ближайших советников в большом зале для переговоров, который располагался в его дворце.
Он был крайне доволен действиями своими людей, что прекрасно было видно на его лицо. Да и советники уже знали, что от него ожидать в столь прескверном настроении — ничего хорошего.
— Ваших действий оказалось недостаточно, — пожаловался визирь. — Взрывы были недостаточно мощными!
— Мы оплошали, о Великий! — сразу признал вину главный советник, здесь каждый понимал что если начать спорить это может привести к неминуемой смерти. — И мы понесем заслуженное наказание.
— Лучше несколько взрывов в разные дни, чем один большой. Так сказали наши мудрецы, — подтвердил мнение визиря второй советник.
— Этим и займитесь в самое ближайшее время. Хочу, чтобы вся столица империи чувствовала свою слабость, — велел визирь.
Он привык, что советники исполняют все его прихоти.
— Конечно, о великий! — хором ответили советники.
— А еще в ближайшее время захватите приграничные города русских! Я хочу быструю победу!
— Сделаем все возможное! — пообещал главный советник.
Персии и помимо Российской империи хватало своих врагов, за страной визиря следили. Никто из них не даст Персии так просто расширить свои границы. И если война начнется с русскими, то она начнется и на двух других границах. А потому воевать с империей стоит постепенно и под хорошим предлогом.
Сперва Насир аль-Дин хотел отложить войну, когда у Федора был шанс сесть на престол. Тогда российский император сам бы повел войска в Персию, и повод был железобетонный. Да и в обороне куда проще сражаться.
Но судя по происходящим событиям, Федору трон не светит… А потому Персии придется воевать с Дмитрием Романовым. Ну ничего… император еще не подозревает, на что способна Персия.
На следующий день была запланирована новая операция. Я переоделся в боевую одежду. Рядом со мной были теневые агенты и гвардейцы Кутузова. Все эти люди вместе с младшим Разумовским проходили подготовку у Соломонова. Сейчас большая часть кадров приходит от него, что позволяет быстро восполнить недостающее количество гвардейцев.
Все здесь присутствующие достоверно знали, что делать. Они уже принимали участие в оперативной работе.
Смотрю на светловолосого юношу возрастом всего восемнадцать лет и с улыбкой говорю:
— Давай, Елисейка, открывай!
Он тяжело вздохнул и ответил:
— Я не знаю точных координат, не был там. Могу только примерно открыть, — пожал он плечами.
— Не переживай, мы справимся.
Елисей снова вздохнул:
— Вот не думал, что меня могут так просто продать. Обещали, что до сорока лет я не буду нужен, пока не освоюсь.
— Меньше слов, больше дела! — поторопил я.
Елисей больше спорить не стал и прошел в конец зала и открыл портал. Он был черным, и чем-то напоминал тень. Но его отличала специфическая дымка, словно в этом месте завихрился туман.
Мы с отрядом прошли в портал, и вышли в пустыне. Вокруг не было ничего, кроме песка.
Гвардейцы тут же выпустили дронов и осмотрели местность через технику. Я же принялся сканировать местность с помощью своего дара, но никаких ловушек не обнаружил.
— Мы за двадцать километров от нужного места, — сообщил Кутузов.
— Выдвигаемся, — скомандовал я. — Елисей, иди сюда.
Мастер порталов подошел.
— Мы с тобой уйдем через тень, — объяснил я.
А чтобы у парня потом не было мерзкого ощущения, словно он несколько часов провел в холодильнике, я вложил в него частичку своего теневого дара. Маленький темный сгусток вышел из моей руки и впился в грудь парня. Елисей задрожал, и сперва ничего не понял.
Он осознал, только когда мы переместились к нужному месту.
— Я ничего не почувствовал! — удивился он, рассматривая свои руки.
— Так и должно быть, — кивнул я и подошел к ближайшему холму, откуда можно было наблюдать за дорогой.
А по ней ехала колонна из военной техники.
— А это вообще законно? — спросил Елисей, прячась рядом со мной.
— Что именно? — уточнил я.
У Елисея был небольшой акцент, ему только предстояло привыкнуть к русской речи. И выходило так, что он не совсем до конца мог обозначить свою мысль.
— Ну, то что происходит, — ответил он.
— То, что ты видишь это огромное предательство… которое спокойно существует в нашей империи, — с небольшим сожалением ответил я.
— Моя империя это Китай.
Парень искренне считал Китайскую империю своей родиной. Пришлось спустить его с небес на землю, ведь больше он туда не вернется.
— Нет, теперь ты имперец. Как сам сказал, тебя продали. Но не волнуйся, мы можем расценивать это не как продажу, а как возвращение на родину. А то, что ты видишь это техника Российской империи, — пояснил я. — Но долгие годы она продавалась персам, и сейчас наша задача — вернуть ее домой.
— Теперь понятно, — кинул Елисей.
Вскоре подоспели остальные члены моего отряда, и я отдал им приказ:
— Убить всех. Но техника пострадать не должна.
Император Российской империи вступает в сражение только в двух случаях: если у него нет выбора или же если враги стоят возле стен дворца. Обычно, если он сам идет воевать, это считается огромной глупостью.
