Было видно, что оба графа сегодня хорошо выпили. А алкоголь развязал им не только языки, но и грозил развязать руки. Причем по какому-то нелепому поводу. Ведь обсуждаемую ими информацию было легко проверить в архивах, но они не ради доказательства правоты спор начинали, а ради последствий.
В конце концов, какой бал обходится без дуэлей?
Маргарет вскинула брови, и уже собиралась что-то ответить, но я подошел к ней сзади и положил руку на плечо.
— Право, не стоит, — сказал я ей на русском. — Если сейчас случится дуэль, то у вас на одного идиота станет меньше.
— А вы еще кто такой? — резко спросил у меня Леопольд Габсбург.
Я был без своего мундира, в обычном дорогом костюме. А сегодня на балу присутствовало множество иностранных гостей. Немудрено, что они меня не узнали.
— А меня вы тоже хотите вызвать на дуэль? Или может и вовсе войну объявить? — спросил я, слегка усмехнувшись.
Все-таки иронично складывалась ситуация.
— Можете вызвать, — продолжил я. — Одной войной больше, одной меньше, — пожал я плечами.
Стоило мне это сказать, как оба графа переглянулись и наглые ухмылки исчезли с их лиц. До них наконец дошло, кто стоит перед ними.
Но следом за осознанием на лицах аристократов отразилась злость.
— Возможно, мы еще с вами встретимся, Ваше Императорское Величество, — хмыкнул Леопольд Габсбург.
Он явно был одним из тех, кто поддерживал начало военного конфликта с Российской империей. И своими словами намекнул, что мы еще можем встретиться на поле брани.
— Или же мы встретимся совсем в другом месте, — слегка улыбнулся я. — Например, вдруг я решусь приударить за вашей принцессой, и у меня будут успехи. Тогда вы будете звать меня кронпринцем.
Услышав это, Леопольд Габсбург нахмурился и хмыкнул. А второй граф и вовсе отвел взгляд к ближайшей живой картине, делая вид, что он совсем ничего не понимает.
— Уверен, наш император выберет хорошего спутника для своей дочери, — все же ответил Леопольд Габсбург.
— Или же он позволит ей выбирать самой.
Маргарет слегка смутилась, и на ее щеках вновь проступил румянец. Но как-либо комментировать мои слова она не стала.
На последние слова граф решил не отвечать, ведь теперь обсуждение переходило к Фридриху Шестому, а с ним ни один граф даже не в совсем здравом уме конфликтовать не станет. И Леопольд Габсбург вдруг вспомнил о картинах… Он посоветовал нам обязательно посмотреть на картину, где изображалось открытие Антарктиды.
Закончив разговор, мы отправились в следующий зал. Но, выходя из зала живых картин, Маргарет попросила охрану проследить за подвыпившими графами из знатных родов. Вот вроде они и аристократы, но слишком многое о себе возомнили, раз позволяют себе вести подобным образом перед представителями императорских кровей.
Мы посетили еще несколько интересных залов, а потом вернулись к танцам. Ближе к полуночи я попрощался с Маргарет и вернулся в австрийский аэропорт.
Во время полета у меня было достаточно времени, чтобы собраться с мыслями и сделать выводы из этой поездки.
Войны с австрийской империей не намечается, и это уже радует. Ведь на самом деле Фридрих Шестой позвал меня, чтобы познакомить со своей дочерью. Ему самому не нужен вооруженный конфликт, и он ясно дал это понять.
А с Маргарет правда было весело. В начале она вела себя напряженно, не совсем понимая, как стоит обращаться со мной. Она подбирала варианты… А потом расслабилась, и все пошло как по маслу.
И что-что, а играть с ней в интриги я точно не собираюсь. Могу себе позволить не использовать девушек. Конечно, если они сами того не захотят.
Внезапно мысли прервал звонок телефона. Это был Лаврентьев.
— Слушаю, — ответил я.
— Господин, случилась беда! На авиационном строительном заводе Кузнецовых, оружейном Орловых, артефактном производстве Донских… — так Сергей Захарович перечислил названия двенадцати различных производств, находящихся в разных частях империи. — Одновременно везде начались взрывы и пожары.
Это были очень плохие новости!
— Кто? — только и спросил я.
— Это нападение… персов.
Фридрих Шестой сегодня обедал вместе со своей дочерью Маргарет. На столе стояло много вкусной еды, но чувство голода напрочь затмевало любопытство. А потому император Австрии начал разговор сразу после того, как разделался с первым блюдом:
— Как прошел вчерашний вечер?
Австрийскому императору уже доложили о произошедшем вчера. И он никак не мог понять, как Дмитрий Романов смог управлять сразу сорока пятью фигурами в тактической игре.
— Нормально, — холодно ответила Маргарет.
— Дмитрий Романов — достойный правитель для Российской империи, как ты считаешь? Справится ли он со всеми трудностями?
Ему было важно узнать мнение дочери насчет российского императора. Чтобы оценить этого человека и его возможности с разных сторон. Даже во время своих прошлых посещений Австрии Дмитрий Романов не смог удивить Фридриха Шестого так сильно, как вчера. Этот молодой человек постоянно преподносил сюрпризы, но управлять сорока пятью фигурами на доске — это уже что-то запредельное. Фридрих Шестой не знал ни одного человека, кто бы смог такое сделать.
