— Это было отличное решение, отец, — ухмыльнулся Фахд Абдулла Аль-Шамс. — Спасибо, что поддержал.
— Это было несложно, — ответил король. — Как видишь стоило захватить всего несколько детей аристократических семей, приставить к их горлу клинки, как они отказались сражаться. Слабые духом люди. Вот ты, сын, как думаешь… если бы я оказался в похожей ситуации и если бы к твоему горлу приставили нож? Бросил бы я тебя?
— Нет, — помотал головой наследник.
Фахд Абдулла Аль-Шамс считал, что имперцы поступили, как трусы. Настоящие воины сражаются до самой смерти.
— Верно, — кивнул король. — Я бы сражался до самого конца.
— Ты мудр, мой отец! О, Великий пустынный орел!
Королю это польстило, и он улыбнулся.
— Все прошло более, чем успешно, — с наглой ухмылкой продолжил Фахд Абдулла Аль-Шамс. — Верхушка знати впечатлилась этим действием, и теперь их верность нам возросла в многие разы. Люди ликуют, — принц поднял руки, словно пытаясь дотянуться до неба. — Мы показали народу, что никого не боимся! У нас сильное и мощное королевство! И мы не позволим никому злоумышлять против нас.
Принц закончил, вкладывая сталь в свои слова. Так он был уверен в своей победе.
— Но скажи мне, отец, — принц сбавил свой тон. — Что мы будем делать дальше с Российской империей после того, как пройдет казнь? Достаточно ли будет всего лишь казни?
Так Фахд Абдулла Аль-Шамс намекал, что от империи за этой случай можно получить куда больше. Но король и без того хотел того же:
— Конечно, нет, — усмехнулся он. — Я из этой ситуации выжму максимум пользы. Они к нам еще несколько лет подряд будут посылать дипломатов с щедрыми дарами, чтобы замять этот инцидент.
— А если не будут? — серьезно поинтересовался Фахд Абдулла Аль-Шамс.
— Тогда вся пустынная армия встанет на сторону персов и будет помогать им в войне с Российской империей. Если имперцы так поступят, то совершат большую ошибку, — сказав это, король отпил вина из своего кубка.
— Ты очень мудр, отец.
— А еще я решил немного изменить планы. Мы не будем казнить всех.
Глаза короля блеснули злобным азартом. Фахд Абдулла Аль-Шамс знал этот взгляд — отец задумал что-то по-настоящему интересное.
— Разве это не слишком большая щедрость для них? — спросил принц. — Мне кажется, в такой ситуации не стоит поддаваться милосердию. Имперцы этого не заслужили.
Фахд Абдулла Аль-Шамс плохо понимал замысел отца, но не сомневался, что за ним таится нечто большее. Что выльется в хорошую выгоду для Сирийского королевства.
— Не переживай, — махнул рукой король. — Казнь обойдет только женщин. А своим верным людям я разрешу выбрать по жене.
— Это отличное решение! — просиял Фахд Абдулла Аль-Шамс. — Тогда я могу взять своей двадцать четвертой женой дочь графа Афанасьева? Ту рыженькую…
Хотя на самом деле принца привлекли пышные формы этой девушки и тонкая талия. А также — белоснежная кожа. Она была очень красивой, по его меркам. В Сирийском королевстве таких женщин нет.
— Вполне, — кивнул король. — Хороший выбор. Но перед тем, как взять ее в жены, послушай мой совет. Сходи и попробуй ее. Пообщайся, так сказать.
Услышав это, Фахд Абдулла Аль-Шамс довольно засмеялся. И король подхватил его смех.
Однако разговор короля и принца резко прервал стук в дверь.
— Войдите! — неохотно ответил король.
Обоим не понравилось, что такой прекрасный вечер внезапно прервали. Но советник короля не явился бы лично без веской причины.
— Ваше Величество! — низко поклонился он. — Вам поступил вызов из Российской империи.
— Вот и приползли собаки! — прокомментировал Фахд Абдулла Аль-Шамс и хлопнул в ладоши.
Он предвещал, что сейчас император лично будет извиняться за случившееся. А там у него можно будет запросить огромную компенсацию. Не в положении Дмитрия Романова развязывать еще одну войну.
— Выведите звонок сюда, — велел король, и его люди быстро настроили видеосвязь.
В помещении стоял большой экран, занимающий почти всю стену. Там включилось изображение. Дмитрий Романов сидел за круглым столом в окружении своих министров. И Фахд Абдулла Аль-Шамс узнал сестру императора, стоявшую за его спиной.
Тут же пришли переводчики для осуществления связи без недопониманий, и разговор начался. Однако отнюдь не с вежливого приветствия и тонны извинений, как рассчитывал принц.
— Объясните мне ваши действия. Хочу услышать ваши оправдания, — твердым голосом произнес Дмитрий Романов.
Сирийский переводчик тотчас перевел.
— Он что, сказал «оправдание»? — удивился Фахд Абдулла Аль-Шамс.
— Да, все так, — подтвердил переводчик.
Королю тоже это не понравилось, и он нахмурился.
— Оправданий хочет. Да что эти наглые имперцы себе позволяют? — вспылил король.
Они общались с сыном между собой, и переводчики этого не передавали. А со стороны имперцев тоже был переводчик. И благо он молчал, понимая ситуацию.
— Ваши люди нарушили законы Сирийского королевства! Они хотели устроить здесь переворот! Шпионили за нами! — громко ответил императору король Сирии.
Он говорил с гордо поднятой головой. И Фахд Абдулла Аль-Шамс поддерживал отца. Эти имперцы должны знать свое место!
