На севере много людей, внешне на них похожих. Даже по венам князя Эльбрука течет северная кровь! Разница в месте рождения всего в несколько сотен километров, а отношение людей абсолютно разное, и этого не может поменять никакой поддельный паспорт.
Как бы не старались члены отряда «Призрак» устроить свою жизнь на новой земле, завести семью, из этого ничего не выходило, и все дороги вели к криминалу. Есть в Союзе такая традиция, что если ты сильно накосячил, то стоит бежать именно туда.
Вот Зигмунд и сколотил в свое время отряд, который сейчас сидел и откровенно скучал от безделья. А чем заняться в бункере, где нет связи? Точнее, есть связь с нанимателем, но только у Зигмунда, а больше никаких контактов с внешним миром.
Однако даже глава отряда не имел ни малейшего представления, кто является их нанимателем. Ему сказали сидеть тихо, поскольку под них копают не по-детски. Вот отряд и сидел.
— Хм… Босс, тут что-то странное происходит, — из коридора доносится голос одного из бандитов.
— Что там? — Зигмунд поднимается и идет к нему.
— Камера на входе, которая ведет к лестнице, потухла.
Зигмунду на эту камеру было плевать, в этом бункере и не такое случиться может. Все-таки они изолированы от внешнего мира и источники питания спрятаны под землей. Возможны какие-то перебои. Однако стоило проверить, все равно делать нечего.
Глава отряда подошел к монитору, повернул его к себе, безучастно посмотрел на черный экран и произнес:
— Плевать! Наверное перебои с электричеством.
— Так и во всем бункере могут свет отрубить. Что тогда делать будем?
— Раньше не отрубали, и сейчас не должны. Сам знаешь, что здесь установлены разные источники питания, в ловушке не останемся. Хватит париться по мелочам.
— Ага…
Однако все спокойствие Зигмунда вмиг улетучилось, когда раздался стук в дверь бункера. Он на миг замер, а сердце бешено заколотилось. Неужели их нашли? Как такое вообще возможно?
Это точно не люди нанимателя. Они знают код, чтобы открыть дверь, ведь одно из условий сделки — члены отряда не могут сами выйти из бункера.
Значит, это кто-то другой! Но кто? Кто их нашел, черт побери⁈ На этот счет у Зигмунда инструкций не было.
Стук повторился.
Бандиты всполошились, стали хвататься за оружие. А Зигмунд достал телефон, связь на котором работала лишь по одному защищенному каналу, и написал нанимателям: «Это вы стучитесь?». Ответ пришел незамедлительно: «Нет. Сидите тихо. Сейчас отправлю подмогу». Но от этого главе отряда легче не стало. Неизвестно, когда эту подмогу дождёшься, а к ним ломятся уже сейчас.
— Да положи ты гранатомет, — раздалось за спиной Зигмунда.
— Тихо, — обернулся он и шикнул на своих людей. — Сидим тихо, но оружие держать наготове. Гранатомет положите. Нахрена он вам в закрытом помещении?
Под суровым взглядом босса северянин положил гранатомет и взял в руки автомат.
— Ты и ты, идите к двери! — тихо указал он двоим силовикам.
Те кивнули и отправились к двери бункера. Он отправил их на тот случай, если сюда вломятся. Эти двое были лучшими бойцами из отряда и наверняка смогут удержать оборону.
А чертов стук все усиливался. Зигмунд написал нанимателю еще раз, но ответа не получил. Словно канал связи оборвали! Он мысленно выругался, но виду старался не подавать. Да как в такой ситуации оставаться спокойным?
Стук давил на голову, заставлял нервничать, и Зигмунд достал из холодильника бутылку водки. Сделал глоток и сморщился. Закусил лежавшим на столе помидором. Это помогло ему хоть немного успокоиться.
Он вышел в коридор. Лица его силовиков оставались серьезными, они держали пальцы на спусковых крючках, готовые в любой момент открыть огонь, стоит только двери бункера открыться.
Как вдруг… Бах! Что-то с огромной силой бьет по бронированной двери. Раз! Два! Три!
Дверь слетает с петель и сносит двоих силовиков. Люди рефлекторно открывают огонь на поражение.
— Отставить! — кричит Зигмунд.
Благо пули попали лишь в стены и потолок и никого из членов команды эти увальни не задели.
Все в сплошном дыму и пыли. Зигмунду пришлось закрыть рот рукавом, чтобы не закашляться, слишком высокой была концентрация этих примесей в воздухе. Он держал оружие наготове, но никак не мог рассмотреть противников, ведь глаза слезились от этого чертового дыма! Он уже проклинал тот день, когда согласился на эту работу!
Дым постепенно спадает, но прежде, чем увидеть нападавших, Зигмунд слышит насмешливый голос:
— Братан, кажется, нам здесь не рады.
— Конечно, не рады, — раздается ответ. — Мы их убивать пришли…
— Зачем их убивать, вот не пойму? Заварить дверь, сами подохнут.
— Может и подохнут, но приказ господина был убить.
Черт! Да кто же это говорит! Сколько Зигмунд не пытался, он никак не мог определить, откуда идет голос.
— Найдите их! — отдает он приказ.
— Да не видно ни черта, — из соседней комнаты доносится голос Ивара.
Проклятье!
— А вот этот смешной, — и снова этот ироничный голос, прямо рядом с Зигмундом. — Руки у него дрожат… А когда местных убивал, то не дрожали.
Раздаются выстрелы. Но командир снова велит прекратить. Нельзя пристрелить то, что не видишь.
