— Целостность дома — девяносто пять процентов. Износ интерьеров — семьдесят девять. Процент заряда главного энергохранилища — шесть процентов. Резервные энергохранилища пусты. В данный момент на территории дома находится один условно-враждебный объект. Принять меры для его задержания?
— Прими. Надеюсь он ничего не разрушит.
— Мои протоколы позволяют удерживать даже элементалей.
— А драконов? — решил уточнить я, вспомнив кто именно условно-враждебный может быть в теперь уже моём замке.
— Объекты, под названием «драконы» в картотеке не обнаружены.
— Час от часу не легче. То есть он может и разнести тут всё?
— Наблюдаю резкий прирост энергетической сигнатуры. Фиксирую разрушение барьеров в секторе пятнадцать.
— Не буду уточнять что это за сектор — открывай туда путь, пока эта скотина не порушила тут всё.
— Выполняю, Аркадий. — механически ответил дух замка и я услышал как сдвигаются многочисленные перекрытия, чтобы я мог как можно скорее попасть в нужное место.
— Я с тобой. — отозвалась жена, едва я дёрнулся к выходу.
— Хорошо, прикрывай, только вперёд не лезь — сожжёт.
— Не учи учёную. — хмыкнула ведьма, но всё же подотстала.
Молодец, понимает, когда стоит подчиниться.
Смауг не понимал, что происходит. Сперва он спокойно шёл по замку, а потом его неожиданно заблокировало упавшими стенами. Такого не случалось с тех пор, как он нашёл это место. Дворец своего отца. Он был великим артефактором даже по меркам драконов, только немного со странностями. Одной из них было стремление к скрытности. Никто не мог и подумать, что он построит летающую крепость на Дне Мира. В месте, куда ни один приличный дракон летать не будет — древние предрассудки не позволяли спускаться, ниже материковых островов. Считалось, что Дно Мира это приют изгоев. Именно сюда сослали оставшихся виверн, когда они начали терять разум. Именно сюда ссылали за самые страшные преступления. Другое дело, что осуждённые просто складывали крылья и позволяли Бездне поглотить себя. Каково же было удивление, молодого, тогда, дракона, когда он нашёл наконец пристанище своего отца. Смоук умирал и уже не мог улететь, поэтому он потребовал позаботиться об этом месте, ведь в нём заключён дух его матери. Дух, но не память. Об этом дракон понял только много лет позже. Но привычка присматривать за дворцом и поддерживать его, осталась.
— Офелия, что за ерунда? Выпусти меня.
— Согласно протоколу одиннадцать, условно-враждебные объекты ограничиваются в передвижениях. — беспристрастно ответила дух.
— Не говори ерунды, выпусти меня, немедленно! — и без того вспыльчивый дракон начал терять терпение.
— В случае совершения враждебных действий, я буду вынуждена применить силовые воздействия вплоть до летального исхода. — безжизненный голос, лишённый прежних эмоций, казалось насмехался над ним.
Ну какие ещё воздействия? К тому же до смерти — у старушки то и стен почти не осталось, вечно энергии не хватает. Единственное, что его могло смутить, так это то, что манера общения изменилась кардинально. Офелия и раньше его разыгрывала, говоря похожим образом, но даже тогда она проявляла эмоции. Разъярённый дракон не обратил на это внимания и начал крушить всё вокруг себя. Сперва мебель, а потом и на стены начал кидаться. Когти их брали плохо, поэтому он попросту начал их прожигать. Против мощного магического пламени не выстаивал даже зачарованный камень. Только, в отличие от старого некроманта, дракон просто крушил всё подряд не особо задумываясь о том чтобы пробиваться куда-то конкретно.
Поэтому появление Аркадия он пропустил, увлечённо сжигая очередной барьер. Острая боль под хвостом мигом отрезвила его.
Это становится дурной тенденцией. Очередной враг повержен самым срамным образом. Так недолго и до прозвища Проктолог дожить. Ну а с другой стороны — рептилия так удачно стояла, что я не мог не воспользоваться ситуацией. Жаль, что он был не самкой, а я был с женой. Засадил бы совсем другое копьё и совсем в другое место. Ну да ладно, что сделано то сделано.
— Какая жестокость. Неужели нельзя было по другому?
— Можно, конечно. Только не факт, что я сейчас с тобой разговаривал бы. Скорее бы стонал будучи в состоянии средней прожарки. Да и от дворца бы мало что осталось. А так, пришёл, увидел, засадил. Ой, победил.
— Хах, засаживать ты мастак. Не хотелось бы, знаешь ли, потом получить алименты на пару драконят. — весело заявила девушка.
— Так вот ты какого обо мне мнения. — обличительно поднял палец.
— Так все вы одинаковые. Лишь бы засадить куда-нибудь, а потом хоть трава не расти.
— Действительно, зачем траве то расти, лучше пусть могилу выкопают, а я, потом, мертвеца подниму.
— Кому что, а некроманту могилу. — хмыкнула девушка.
— Хах, это ты верно подметила. Давай думать, как эту тушу вытаскивать будем.
— Господин, позвольте переработать останки для подпитки энерго хранилища. — попросила Офелия.
В её голос начали возвращаться нотки эмоций, что было хорошим знаком.
— Забирай, раз годится. — барственно разрешил я, внутренне обрадовавшись тому, что проблема решилась сама собой.
