Пять костяков — пять гончих. Отправил четвёрку на разведку в арьергард, а одну оставил в резерве. В таком порядке и двинули дальше. Благодаря разведке, удалось найти ещё одну лёжку с боевой звездой. Несколько минут и авангард пополнился ещё одной четвёркой. Пара псин трусили рядом с нами, привлекая внимание Хабибулиной. В отличие от обычных скелетов, химеры не вызывали у неё отторжения. Наоборот, проявился недюжинный интерес — она даже порывалась погладить одну гончую по голове, но едва не выпала из посадочного места. Благо, химера вовремя среагировала и усадила девушку на место. Счастья было…
Видели как девчонка радуется новой кукле? Вот и эта так же. Разве что не повизгивала от восторга.
— Аркадий, можешь подарить мне Бусю?
— Бусю?
— Ну, собачку эту.
— А-а-а, гончую? Да без проблем. Только она у тебя долго не протянет. Имей ввиду.
— А почему? — расстроилась девушка.
— Энергетика несовместимая. От твоего Света она развоплотится. А как конвертировать Свет в Тьму, я не знаю. Да и не представляю во что она может превратится под воздействием чистой Тьмы.
— И что, совсем без вариантов?
— Почему же? Её могу подзаряжать я. Иногда. Ещё можно давать ёй охотиться. Тоже неплохо продлевает нежизнь.
— А на кого?
— Лучше всего на людей. — пожал плечами я, за что получил полный уничижения взгляд.
— Нет, Буся не будет кушать людей. Правда Буся? — начала сюсюкать с гончей Карина.
Химера недоумённо посмотрела сперва на неё — дескать, хозяйка, ты в своём уме? Потом на меня — ну хоть ты образумь несчастную. На что я только пожал плечами. Хозяин — барин. Не хочет кормить, значит не будет. Будет боевая химера большой костяной собакой. На серьёзный бой ей не хватит энергии. Впрочем, иного Хабибулиной явно и не надо. Не гадящая собака, которую не надо выгуливать — сказка а не питомец. Почти как кошка.
Чем дальше в лес, тем толще партизаны. Не знаю кто сказал, но высказывание было весьма уместно — звёзды стали попадаться всё чаще, исправно пополняя мой некро-парк новыми гончими. Делать что-то другое я не хотел в силу того, что это банально дольше и энергии уходит больше. А так, костяные собаки были достаточно универсальными боевыми единицами. Разве что не летали. В конце концов плотность засидки стала такой, что мертвецы стали попадаться один за другим. Уже стало непонятно кто где и из какого отряда. Не то чтобы это было для меня важно — просто хотелось большего порядка.
Очевидно, что такая плотность войск была не просто так. Впереди стал виднеться ствол исполина, который разительно отличался от всех остальных. Во первых, размером — в окружность ствола можно уместить небольшой, но форт Инферно. Во вторых, дерево было мертво. Причём не просто мертво, а буквально источало некротику.
— Проклятый мелорн. Пожри меня гниль. Это же легенда.
— Легенды не бросаются на людей. — заметила Карина, с азартом посылавшая лучи «добра» в черепушки дохлым эльфам. Они не выдерживали переизбытка пользы и падали с дымящимися дырами в головах на землю. И всё это не слезая с лося.
Я же предпочёл биться пешим. Благо доспех позволял и не такое. Тех немногих, кто пробивался к нам, я охаживал здоровенным молотом. Одинаково хорошо крушившим черепа, руки, ноги и рёбра непокорных скелетиков. Они весело разлетались фонтаном костяных осколков. Особым шиком было запустить сбитой черепушкой в сторону штурмующих врагов. Кого-то даже пришибло. Как плохо, что у нежити нет морального духа. Сейчас он бы здорово просел.
Баловство баловством, а мы продвигались вперёд. Костного материала было так много, что я не успевал перерабатывать его в новых химер. Впрочем, убыль среди моих войск тоже была довольно впечатляющей — врагов было не просто много, а очень даже дохрена. И ведь не подумаешь, что это бывшие эльфы. Скорее уж гоблины какие-то — они, в отличие от детей леса отличаются прямо-таки кроличьей производительностью потомства. Дохнут, правда, тоже в больших количествах. Чаще всего в конфликтах между племенами.
Мелорн уже не просто проглядывал в просветы. Исполинское дерево уже можно было увидеть прямо перед собой. Заодно стало видно, что подкрепления к войску нежити прут прямиком из центрального дупла древа-града. Уже вооружённые, едва ли не строем, скелеты выходили из тёмной утробы древесного исполина и тут же бросались в бой. Вооружены они были, в отличие от прежних засадных отрядов, не луками, а чем-то средним между простым прямым мечом и саблей.
Потери среди химер возросли кратно, когда они столкнулись с бойцами новой формации. Наше продвижение замедлилось, но не остановилось. Наступил некоторый паритет в количестве гончих. Я успевал вводить в строй новых, взамен уничтоженных. Пришлось, правда, полностью отдать оборону Карине, но она, на удивление, неплохо справлялась. Освоилась, похоже.
А ещё, я начал ощущать ауру мелорна. То, что они практически разумны, я догадывался и раньше — остроухие, опять же по слухам, затачивают души умерших прямо в древесине. Здесь же, явно заточили кого-то не того. От дерева исходила ненависть ко всему живому, причём, в первую очередь — к живым эльфам.
