Альб же отправился проверить красноглазую девицу. Её как раз должны были накачать для него афродизиаками, отмыть и привести в удобоваримый вид.
— Меня нет ни для кого на ближайшие пару часов, — бросил он слуге и отправился к себе.
Следующим фрагментом эмоций была незамутнённая любовь, замешанная на чувстве собственничества. Зависимость получилась столь сильной, что Альб готов был убить любого, кто посмел бы позариться на его сокровище. Брюнетка с алыми глазами всюду была рядом с ним. Ирликийский ангел, казалось, обрёл свою любовь. Он перестал ходить в набеги, предпочитая не оставлять свою зазнобу в одиночестве. Ему казалось, что остальные главы Орденов ему завидуют, а Тимос и вовсе хочет украсть его счастье. Последнее предположение было недалеко от истины. Полсотни лет глава Ордена Заката Западной Каролии ждал своей очереди, но так и не дождался, что и послужило спусковым крючком к последующим событиям.
Альба же захватило единственное желание. Он хотел заиметь наследника от своей красноглазой любимицы. Сомнений в её и своём здоровье у него не было, но беременность не наступала. При этом Альб чувствовал в ней большую спящую силу, направленности которой не мог определить ни он, ни алтарь. Именно от таких «спящих» магичек рождались наиболее одарённые дети. Тогда же у него появилась идея, как пополнить легионы Рассвета и Заката без замещения магии, а, так сказать, естественным путём.
Раз в году все двенадцать глав Орденов собирались и отмечали воцарение в новом мире. В эти дни земли, подвластные Орденам Рассвета и Заката, праздновали. Именно тогда Тимус смог провернуть то, чем славился ещё в империи. Оргии всегда были его коньком. Вот только в этот раз у него была другая цель. Когда наутро Альб пришёл в себя среди обнажённых женских тел, он нутром почувствовал неприятности. Райана исчезла.
Альб искал любимую долго. Не помогло даже то, что он пытал Тимуса, и тот сознался в сознательном применении афродизиаков, чтобы иметь шанс добраться до Райаны. В повальной оргии участвовали все, но куда потом подевалась девушка, никто не знал.
Его Святейшество даже переступил через себя и обратился в обитель Великой Матери Крови, чтобы местные маги помогли ему отыскать любимую. И те отыскали, не посрамив собственной репутации. Спустя двести сорок лет Альб нашёл свою красноглазку, и каково же было его разочарование и гнев, когда она оказалась беременна на поздних сроках.
«Воистину, от любви до ненависти один шаг! — мелькнула мысль у Ольги, когда её выкинуло из омута чужих эмоций. — Вот только как это всё относится к Михаилу?»
Я стягивал в себя всю доступную благодать, коей были крупицы. Основным моим ресурсом стали те самые горошины, разбросанные в пыли и призванные ослабить нас, и, конечно же, пирамидка в груди, что сейчас отзывалась приятным теплом и урчала, будто свернувшийся котёнок.
Мне, признаться, такие спецэффекты не нравились категорически. Но выбирать особо не приходилось. Выживание стояло на первом месте, а уж кем я стану в результате уже другой вопрос. Если выживу, что-нибудь придумаю.
Первый удар пришёл совсем не оттуда, откуда я ждал. Купол, накрывший меня с остатками смертников, вдруг пролился розовым дождём на землю. Напоминало это купания в кислоте. И уж поверьте, Альб — тот ещё затейник. Я подобную ванну принять успел в прошлой жизни. В этот раз ощущения были уже отчасти знакомыми, а потому должного эффекта не возымели. Чешуя местами оплавилась, но вполне бодро держалась, всё ещё не пропуская удары мечей. Это местные зомби-камикадзе решили снова вступить в бой.
Я же в этот момент был занят, пытаясь при посредничестве пирамидки рассмотреть конструкт полусферы над своей головой и обнаружить её слабые места при благодатном дожде. Не сразу, но удалось увидеть микротрещины, возникающие при образовании розовых капель. В эти трещины я и отправил присоски, выкачивая из купола благодать Рассвета. Тот под удивлённые взгляды Альба и его подчинённых продержался меньше трёх минут, осыпавшись на прощание с мелодичным звоном. Я же при этом приобрёл окрас — мечту любой блондинки, покрывшись пудрой розового оттенка.
«Боги, хорошо, хоть Тиль этого не видит, она бы мне до конца дней моих напоминала про гламурного розового змея».
— Раз, два, три, четыре, пять! Кровавый вышел погулять! — пропел я, выбираясь за территорию купола.
— Не так быстро! — отреагировал Его Святейшество. — Бешеных зверей усыпляют! Только ты никак не сдохнешь!
Я мысленно поблагодарил пирамидку, что помогла мне разобраться с конструктом. Теперь можно было добыть побольше крови и идти в атаку. Вот только Альб смог удивить даже меня. Единым движением он перерезал глотки двум стоящим подле него воинам Рассвета и, сделав пару пассов руками, создал подобие кровавого кокона вокруг себя и Агафьи.
