Я вышел из воды, а следом забежал Ксандр. Эрг нырнул под воду, проплывая под основной армадой живых венков, и безошибочно выплыл возле ледяного творения сестры, что уже начало таять. Водрузив венок себе на голову, он завыл по-волчьи и рассмеялся.
Обратно эрг возвращался аккуратно, чтобы не растолкать и не потопить чужие украшения. За ним в воду вошли и остальные кровники. К тому моменту девушки стали возвращаться и счастливо целовать своих удачливых кавалеров.
Мы же с Ксандром стояли чуть в стороне. Эрг оценил три венка у меня на сгибе локтя и лишь покачал головой.
— Нужно иметь талант, чтобы они не перегрызли друг другу глотки и тебе заодно.
— Возможно, но сейчас от каждой из них зависит очень многое. Каждая из них — часть моей семьи, и семья выживает благодаря им всем в том числе.
— Я бы так не смог, — покачал головой Ксандр, тыльной стороной ладони вытирая стекающие по лицу капли от тающего ледяного венка.
— У тебя одна за троих считается, — рассмеялся я. — Так что три такие, как Кирана, — это уже смертельный номер. Ещё кто кому терпения должен желать.
— О чём сплетничаем? — рядом с нами из темноты появилась сестра.
— Рассказываю твоему брату про успехи с Великим Князем и приглашение в Османскую империю.
— Да бросьте вы, — сестра осторожно коснулась венка на голове у Ксандра и восстановила ледяные цветы. — Сейчас танцы начнутся, подождут и князь, и поездка. Та вообще по местным меркам через тридцать лет будет. Пойдёмте танцевать!
Ксандр пожал плечами и с улыбкой ушёл следом за сестрой.
Я же смотрел, как убирают в стороны столы и разжигают костры. Многим кровникам пришлось побродить в воде, чтобы отыскать венок любимой, вот и решили подсушиться таким образом. От огня стало жарко. Музыканты взялись за инструменты, играли что-то заводное. Народ веселился, смех доносился отовсюду. Первой в круг к танцующим меня вытянула Света. На голове у меня оказался венок из лилий, мы отплясывали что-то задорное, хоть это ни разу не напоминало бальные танцы.
Света смеялась, и в отблесках пламени её волосы приобрели розоватый оттенок, напоминая мне о совсем другом существе. Но глубокий поцелуй невесты тут же вытеснил все посторонние мысли.
— Осторожно, дорогая! А то обряд придётся прям здесь проводить! — пригрозил я лекарке пальцем, когда мы вышли из круга танцующих отдышаться.
— Не поверишь, но я всё больше склоняюсь к этой же идее, — поддразнила меня невеста, ещё раз чмокнув, но уже в щёку, и исчезая в темноте. Вместо неё из тьмы вышла Ольга со своим венком.
Музыка сменилась. Заиграла тягуче спокойная скрипка с нежными переливами, задевающими струны души.
— Потанцуем?
Эмпатка несмело кивнула и, одев мне венок на волосы, вложила свою ладонь в мою. Мы медленно танцевали, подстраиваясь друг под друга. Необычное ощущение. Девушка полностью расслабилась и отдалась музыке, а ещё доверилась моим рукам и моему телу, позволяя вести в танце. Темнота скрывала нас от остальных, создавая уютную обстановку.
«Почему одуванчики?» — задал я невинный вопрос, чтобы завязать разговор.
«Воспоминание о доме. У бабушки в деревне росло целое поле одуванчиков, и мы часто плели вместе венки. Знаю, на фоне остальных он выглядел…».
«Настоящим и искренним», — перебил я эмпатку, не дав ей договорить.
«Спасибо, конечно, — Ольга тяжело выдохнула, — но одуванчики явно не та тема, которую ты хотел бы обсудить».
«Если не хочешь, можем перенести это на попозже», — я осторожно прижал девушку к себе и провёл руками по талии.
«Попозже может и не наступить, судя по тому, что я чувствую и вижу. Спрашивай, вдруг это поможет тебе как-то», — Ольга извернулась в моих руках и прижалась спиной к груди, продолжая двигать бёдрами в ритм.
«Почему Отступница?»
«Потому что ни одному богу не понравится, если им пренебрегают», — эмпатка крутанулась и выскользнула из объятий, оставаясь в пределах полуметра, но я успел словить кончики пальцев и вернуть свою женщину себе.
«В каком смысле?»
«В прямом. Мне предложили покровительство, я отказалась».
«Почему?»
Мы сплелись в танце, эмпатка прогнулась, откинувшись на мою руку и удерживая зрительный контакт.
«У меня к тому времени проснулись способности к накоплению энергии. Если бы я стала чьей-то последовательницей, то вся сила утекала бы местному божку. А они, знаешь ли, не сильно чесались, когда я в одиночку восстанавливала старенький деревянный форт деда, воевала с зарвавшимися соседями, выплачивала долги и доказывала, что наш род не проклят, раз от нас отвернулся покровитель. Просто дед не захотел идти против совести по указке бога. Только и всего. А потом, когда у меня всё наладилось, когда вышло отстоять свои земли, боги начали засыпать меня предложениями. И знаешь, что? Я послала их всех в задницу! Вообще-то в другое место, но мы же за традиционные ценности, поэтому пусть будет в задницу».
«Я почему-то думал, что война была за обладание стихийным алтарём».
Танец продолжался, но теперь он сопровождался душевным обнажением Ольги, которое было гораздо ценнее телесного.
