Встреча с богами неизбежна, родной мир требует внимания, а маги смерти вышли на тропу войны. Ещё и скелеты в шкафах Комариных вдруг стали оживать. Когда же Михаил-Трай сможет отдохнуть?"В смысле после смерти? Я и так уже дважды умер!"
Друзья, это ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ том. Первый вы можете прочитать по ссылке https://author.today/work/281736
— Ещё одно движение, и ты — труп! — прохрипел Жером мне на ухо. — Убери руки от дерева, а свою девку — от моей жены!
— Так и знал, что хорошими делами прославиться нельзя.
Обездвижив чету Шен дю Лимузен с помощью магии крови, я осторожно убрал шею от кинжала и выпустил из серьги лозы Винограда для борьбы с корнями «дерева». Сам же продолжил вскрытие ствола существа-накопителя.
Появление президентского лесничего раз в полгода натолкнуло меня на мысль, что он ездил не ради проверок, а ради чего-то значительно более важного. Если представить, что «дерево» — некая форма жизни, способная высасывать и аккумулировать энергию в подобие жемчужин у моллюсков, то лесничий раз в полгода приезжал за готовыми заполненными накопителями или подобием растительного макра.
Я же сейчас пытался проверить свою теорию на практике. Если внутри не окажется ничего, то я зря подозревал местного президента. Случайности иногда случаются, как в случае с детьми Тильды и Эона. А вот если окажется… то я опять невольно окажусь вовлечённым в чужие политические игры.
У меня даже когти замерли на мгновение. А может, ну его нахер?
Сзади отчаянно замычали.
— Жером пытается попросить, чтобы ты продолжил, — с явным сомнением перевела Ольга. — Он очень раскаивается в своём поведении.
— Я это всё вслух сказал?
— Да, — со мешком подтвердила эмпатка.
Я продолжил вскрытие, и буквально через пару секунд когти наткнулись на твёрдый сердечник. Чуть подцепив его и дёрнув на себя, услышал тихий хруст. Корни отчаянно забились, пытаясь отнять своё, но я одним рывком вынул ярко-зелёный макр с золотыми искорками внутри. Размер камня был чуть больше пяти сантиметров, и по моим прикидкам тянул он минимум на четвёртый уровень.
Убрав когти, я поднёс макр к шальным глазам Жерома, загипнотизировано следящим за моими движениями.
— Ваша магия?
— Их, — считала эмоции хозяина дубравы Ольга.
— Вы собственноручно вскормили на своих землях жирную такую пиявку, которая не только высасывает силы из дубравы, вас и вашего алтаря, но ещё и аккумулирует их в вот такие макры. А теперь догадайтесь, кто и для кого регулярно приезжает в дендрариум с проверкой и изымает их?
У Жерома глаза стали размером с чайные блюдца.
— Он очень просит снять с него паралич, — снова сработала переводчиком Ольга, — а ещё умоляет сделать с этими «подарками» хоть что-то, чтобы прекратить отток энергии из алтаря.
Я снял паралич и уставился на мага жизни, который молитвенно сложил руки перед собой.
— Граф, умоляю, простите мою глупость! Помогите! Вы же можете! Я знаю!
Теперь Лимузена прорвало. Просьбы сыпались, как из рога изобилия.
— Я вообще не представляю, как это выдрать из энергетической системы ваших земель без последствий, — высказал собственные соображения. — Вы же их вдвоём подкармливали, из алтаря черпали напрямую, когда совсем без сил были. Это всё равно, что паразита членом семьи признать и дать доступ ко всем ресурсам. К тому же за пятнадцать лет они не просто присосались, а даже обрели частичную разумность. И зачатки характера у них, я вам скажу, отвратные.
У Лимузена подогнулись колени, и он осел прямо на землю. У его жены потекли слёзы по лицу. Я отпустил паралич и у неё. Жоржетта бросилась к мужу и крепко обняла его в жесте поддержки.
— В-вы к-ког-гда его рез-зать н-начали, м-мы его б-боль как с-свою ч-чувствовали, — заикаясь, пояснила магичка природы. — П-простите н-нас! М-муж м-меня защ-щищать б-бросился.
Это ещё сильнее усложняло дело.
«Гемос, у меня тут очередная неопознанная форма жизни обнаружилась, — обратился я к симбионту, оставленному присматривать за Тайпаной в Великой Пустыне. — Чем-то тебя в голодной молодости напоминает. Не хочешь сходить познакомиться?»
«Конечно, хочу! — с восторгом отозвался Гемос. — Вдруг и с этими договориться выйдет! Стану великим дипломатом или ксенологом, напишу трактат по перевоспитанию паразитических форм жизни и буду лекции читать юным восторженным студенткам!»
Мне даже интересно стало, от кого он такого нахватался?
«Оль, забирай Лимузенов и уводи. Я схожу за Гемосом, он попробует миром с этими договориться».
Эмпатка кивнула и направила свой дар на супружескую чету. Взгляды их стали стеклянными, Ольга буквально взяла их эмоции под полный контроль и приказала идти в гостевой домик.
Я же оглянулся, нашёл ближайшую оранжерею под стеклянным куполом и нырнул в узкую дверцу, ведущую туда. Внутри оказалось душно и влажно. Нос забивали непривычные запахи тропических цветов, от которых тут же захотелось расчихаться.
Выбрав куст погуще, я прикрылся им и открыл портал к Гемосу.
— О! Джунгли! — радостно отреагировал тот. — После пустыни приятное разнообразие! Ну и кто наш клиент? Эта лиана? Или вот этот кустик?
Энтузиазм симбионта был заразителен. Он с такой живостью и радостью реагировал на всё вокруг, что я невольно улыбнулся.
