– А раз так, – довольно потирает ладони генерал, – то пора напомнить им про обещание спуститься к нашей погибшей лодке.
Прополоскав рот от зубной пасты, интересуюсь:
– Вы пришли морально подготовить меня к путешествию в бездну?
– Черенков, вы с похмелья всегда поразительно догадливы.
Старый пень. Ладно, один – ноль в его пользу.
Напяливаю тропическую форму – шорты с футболкой. Достаю из холодильника бутылку минералки и разливаю ее по двум бокалам. Осушив свой, выдыхаю:
– Прежде неплохо бы заглянуть к акустикам – поспрошать про неизвестную лодку.
– Вот это разумно! – допив халявную водичку, старик поднимается. – Пойдем…
Старший дежурной смены акустиков – мичман лет тридцати – крикнул «смирно!» и коротко доложил обстановку.
– Вольно, – отпустил грехи генерал. И беспомощно глянул на меня: – Так ушла лодка или где-то притаилась?
Приходится объяснять элементарные вещи:
– Пока мы здесь – они не уйдут. Скорее всего, субмарина торчит в эхолокационном тенечке за верхушкой вулкана.
– Следит?
– Скорее ждет наших активных действий.
Сергей Сергеевич поворачивается к мичману.
– А поточнее выяснить этот момент вы в состоянии?
– Понимаете, товарищ генерал, оборудование для обнаружения подводных целей на нашем корабле старенькое – разработка 70-х годов. Вот если бы установили модернизированное, тогда бы…
– Расскажите об этом наркому Табуреткину, – сердито бурчит Горчаков.
– О чем? – пожимает плечами дежурный акустик. И с бесконечным терпением в голосе заявляет: – Наш нарком недавно сказал так: «В военном строительстве кризиса нет. У нас такой приказ – кризиса не замечать».
– О как! Гений он у вас без клейма на пятой точке. Пошли, Черенков…
Поднимаемся из низов в ходовую рубку, дабы узнать общую обстановку. Старик подначивает:
– Не молчи, профессионал, делись соображениями.
– Соображений несколько. О надводной обстановке командир субмарины узнает из донесений связистов эсминца «Маккэмпбелл». Это означает, что, как только стрела буксирного крана опустит в воду обитаемый аппарат, лодка выйдет из засады и начнет охоту.
– Что же нам делать? – растерянно останавливается посередине трапа Горчаков. – Дать еще парочку залпов глубинными бомбами?..
Гляжу на него жалостливо, как на слабоумного.
– Вы только ребятам на буксире про залпы РБУ не говорите, ладно? А то накроется наше путешествие к неизведанным мирам.
– Почему?
– Потому что я ни разу не встречал сумасшедшего идиота, согласного залезть в глубоководный аппарат для испытания его способности противостоять подводной взрывной волне.
– Значит, мы опять в тупике?
– Ну, я же сказал, что соображений несколько.
– Не тяни – выкладывай!
– Первый вариант: заглушить звук электромоторов обитаемого аппарата работой на максимальных режимах буксирного дизеля и котлотурбинной установки эсминца. Не знаю, насколько это эффективно, но под водой будет очень шумно.
– Так… это уже что-то. А второй?
– Второй – опустить аппарат над вершиной вулкана, чтобы дальше он погружался аккуратненько по-над склоном. Ни одна субмарина не отважится таранить цель, идущую вблизи рельефа.
– Ага, понял, – теребит шеф острый подбородок. – Сам-то к какому варианту склоняешься?
– Сейчас решим, – открываю дверь рубки и пропускаю вперед старика. – Но в любом случае надо поднимать противолодочный вертолет – пусть висит в районе погружения с выпущенной гидроакустической станцией и слушает шумы, пока аппарат не уйдет на приличную глубину…
Капитан второго ранга с ленинской бородкой встречает старшего на переходе рапортом. В лаконичном докладе ничего интересного: происшествий не случилось, американский эсминец трижды менял место стоянки, пока наконец не бросил якоря в двух кабельтовых от подводного «клыка»; буксир под панамским флагом стоял без движения, но команда всю ночь занималась на освещенной палубе ремонтом глубоководного аппарата.
Генерал здоровается с ним за руку.
– Это все?
– Так точно.
– Готовьте к вылету вертолет. И свяжитесь с буксиром. Поинтересуйтесь: когда они будут готовы принять наш катер?
Итак, впереди меня опять ждет экстрим. А точнее, комплекс вольных упражнений для уменьшения диаметра анального отверстия.
Прибываем на буксир в старом составе. Сергей Сергеевич с Георгием остаются в рубке управления, откуда будет поддерживаться связь с глубоководным аппаратом, а я в компании с Дастином отправляюсь в дальнее путешествие – на глубину две тысячи шестьсот сорок метров.
Дастин выслушал наши соображения по поводу того, как лучше избежать встречи с проклятой подлодкой. И, подумав, выразил свое мнение:
– Я разок был внутри американской субмарины – начинка там очень серьезная. Поэтому первый вариант сомнителен.
– Неужели их гидроакустика способна различить небольшие электродвигатели на фоне грохота корабельных силовых установок?
– Не возьмусь об этом судить. Просто ваш второй вариант представляется менее опасным.
