— Да что ж ты как поц-то появляешься⁈ — вздрогнула Сара Абрамовна, отрываясь от большой бухгалтерской книги и поправляя очки, когда я нарисовался прямо у неё перед носом, сидя в кресле.
— Простите, Сара Абрамовна, так быстрее.
— «Так быстрее»! — передразнила меня бабуля. — Вот когда-нибудь устроишь мне сердечный приступ, что потом без меня делать будете?
— Лягу рядом с вами и умру, очевидно же, не вынесу такой потери, — засмеялся я.
От таких слов губы бабули слегка дёрнулись вверх, а я добавил:
— Ну, если честно, уверен, что вы переживёте нас всех. Сара Абрамовна, на вас ещё пахать можно.
— Ну-ну-ну! — тут же улыбка лишь сошла с лица госпожи Голдсмит. — Дурацкие у тебя шутки, Александр. Пахать? Мне? Скажешь тоже!
— Это поговорка, Сара Абрамовна, — тут же возразил я.
— Я, пожалуй, напишу внучке, какие книги тебе нужно прочитать, чтобы ты нормальные поговорки впредь использовал, — пробурчала бабуля и поставила отметку в свой ежедневник. И с нее станется — реально Аннушке скажет.
— Вы ударили меня в самое сердце, — рассмеялся я, — ведь я считал свой юмор неподражаемым.
— Неподражаемым? — покачала головой госпожа Голдсмит. — Ну, наверное. Иногда ты так неподражаемо тупо шутишь, что мне стыдно становится за тебя.
— Люблю вас Сара Абрамовна, как родную. Как же приятно с вами поговорить! — рассмеялся я.
— И я тоже, Саша, и я тоже. Да мы и есть родные, не забыл? Вот только время не совсем подходящее, занята я. Все отчёты каждое утро отправляю Ане. А она что, тебе не показывает?
— Да нет, показывает, — улыбнулся я. — Мне просто было интересно своими глазами на стройку века посмотреть. Может, какая-то помощь нужна?
— Помощь… — на этот раз рассмеялась уже госпожа Голдсмит. Смех у неё был вполне себе молодой и заразительный. — Нет, ты всё-таки поц! Я же не предлагаю тебе помощь, Александр, в твоих войнушках. Проявляю уважение. Вот и ты прояви уважение ко мне и предоставь всё решить самой, как ты всегда, впрочем, и делаешь. И город выйдет такой, что сюда все мировые правительства захотят переехать.
— Не, ну всем тут не нужно, — задумчиво сказал я. — Мы же вроде как целую нацию восстанавливаем. Как, кстати, с этим?
Улыбка ушла с лица Сары Абрамовны.
— С этим хуже. Но лучше тебе с Лепестком поговорить. Она за интеграцию Григория в китайское сообщество отвечает.
— Ага, обязательно поговорю. Ах да, — я уже начал вставать, когда кое-что вспомнил. — Вот, Аня попросила передать.
Я ловко достал пищевой контейнер и поставил над ней. Бабуля сразу засунула туда свой острый нос.
— Заливная рыба? Ого… Умница, деточка. Передай ей привет. А сам сейчас давай проваливай, мне работать надо.
Я со смехом удалился. Но как только закрылась дверь, Шнырька мне показал, что баба Сара отодвинула в сторону книгу, достала салфеточку, засунула её себе на грудь и вытащила столовые приборы. Конечно же, золотые. После чего нажала кнопку. И быстро проговорила секретарше:
— Сонечка, на ближайшие полчаса меня ни для кого нет!
И с удовольствием положила в рот первый кусок, зажмурившись от удовольствия. Я покачал головой. Надо на такое смотреть почаще. А то иногда я думаю, что в бабуле ничего человеческого нет. Она даже ухаживает за близкими ей людьми, как какой-то чёртов обслуживающий робот.
На выходе из офиса Абрамовны меня уже поджидал скучающий Гриша.
— Здорово, будущий император. Чё, как? — пожав руку и обнявшись, спросил я у своего товарища.
— Тухло, Саня. Тухло, — сказал он. — Слушай, — заговорщически посмотрел на меня, перед этим обернувшись. — У меня тут один хрен нечего делать. Может я в Эпицентр сгоняю, Горыныча прокачаю?
— А где он, кстати? — быстро оглядевшись, не увидел дракона я рядом.
— Да, блин! Это ещё одна проблема, — скривился Гриша. — Хочу убрать его подальше от этих умалишённых.
— Под умалишёнными ты подразумеваешь своих будущих подданных? — вежливо уточнил я, чем немного смутил Гришу.
— Ну, это да. Тут такое дело, Саня… Они все драконов боготворят. А эта сволочь быстро просекла темку. И теперь его подкармливают все, кому не лень. Он реально скоро летать перестанет. И что характерно, не слушаются меня, сволочи! Для них желание дракона сильнее желания другого человека, — Гриша нахмурился. — Тем более, я ещё не император. Может потом как-нибудь приструню.
— А почему ты считаешь, что тебе здесь не нужно сейчас находиться?
— Так переговоры Лепесток ведёт, — пожал плечами Гриша. — Остатки аристократии Империи Драконов припёрлись. Не все, конечно, но большинство. И, кажется, они не очень счастливы, что будущим императором будет не истинный Дракон.
— Так может тебе этого… — я усмехнулся и растянул свои глаза в сторону, — пластическую операцию сделать? Сразу примут.
— Да иди ты в жопу, Саня! Вот вообще мне сейчас не смешно, — сказал Григорий.
— Так в чём проблема-то основная? Или драконы такие расисты, а мы не знали?
— Да не. Там как-то сложно. Горыныч их немного примирил с выбором принцессы. Однако будущий император должен проявить себя на поле боя.
