Энергетический вихрь, после смерти Бога, закружился вокруг меня. Я автоматически начал затягивать его обратно. Я видел, как божественная душа поднимается в небо, туда, где её ждёт суд Вселенной. Никто не знал, куда после смерти уходят боги, по крайней мере, про перерождённых Богов никто и никогда не слышал. Поэтому есть надежда, что эта сволочь уже никогда снова не появится в нашем мире.
Я же пытался удержать своё тело в порядке, чтобы не сдохнуть от такого энергетического допинга. Мне было жаль, что сейчас нет основных моих братьев, старейшин и мудрого Первого Охотника. Но даже я чувствовал, как Вселенная всколыхнулась вокруг меня. Заскрипела, как несмазанный механизм, в котором закрутился блок шестерёнок, давным-давно находящихся в спокойном состоянии. И одновременно с громким стуком остановилась другая часть этого огромного механизма, называемого Многомерной Вселенной. Прямо сейчас Вселенная производила перерасчёт Равновесия. И судя по тому, кто именно только что сдох от моего меча, перерасчёт Равновесия будет явно в сторону наших врагов.
— Кажется, я подкинул вам дополнительную работу, братья, — зачем-то сказал я в пустоту, понимая, что весь груз вселенского противостояния упадёт именно на их плечи.
— Ты сделал то, что нужно, — раздался в голове спокойный голос Кодекса. — Этот мир почти готов к моему приходу. Будь сильным, брат Сандр. Тебя ждут ещё испытания. Но я не зря выбрал именно тебя. Ты справишься, я верю.
После этих слов голубое пламя Кодекса, подобно доспеху, заключило моё тело внутрь себя, как родная мать укутывает новорождённого ребёнка. Вот только, если мать этим укутыванием сохраняла тепло вокруг младенца, то Кодекс, наоборот, не давал заёмной энергии вырваться и причинить вред своему брату.
А я чувствовал, как медленно, но неотвратимо, ко мне возвращаются мои былые силы… Еще не все… Но, Кодекс, как это приятно!!!
— Это то, о чем я думаю? — спрашивает старый Мак у Первого Охотника. — Неужели я дожил до этого дня…
— Мы все дожили, — улыбнулся еще один старик, глядя на Стелу.
А на Стеле было на что посмотреть, ведь она сейчас жила своей жизнью. Надписи и символы менялись так быстро, что даже опытный Первый не мог понять всего. На самом деле, он давно занимает свой пост, но если спросить у него, насколько сильно он все это понимает, то честно может ответить, что нисколько.
Стела Охотников — это нечто настолько сложное и прекрасное, что ее трудно понять. Но если такое происходит, хоть и редко, то она открывает поистине невообразимые знания.
Два старых Охотника стояли и молчали. Им не нужны были сейчас слова. Каждый из них наслаждался этим зрелищем, размышляя о своем.
— В последний раз она вела себя так, когда родился Сандр, — хмыкнул Мак.
— Верно! — согласно кивнул Первый. — Помню тот день, как будто это было вчера. Мы еще не знали причины…
— Но когда нашли парня, то появились предположения. Помню, как его отец не хотел отпускать, — усмехнулся Мак. — Но кто же будет его спрашивать, ведь Сандр сам хотел к нам в Орден.
— Он тогда пошел бы даже к темным, лишь бы сбежать от отца.
Два Охотника больше часа говорили про тот день и вспоминали, как тогда ломали голову, почему Стела так странно себя ведет.
Эта тайна была разгадана примерно лет через тридцать, когда молодой мужчина стал показывать большие успехи в тренировках и на первых своих Охотах. Тогда кто-то вспомнил про странности Стелы и сопоставил это с днем рождения Сандра.
И вот сейчас это происходит снова.
— Нас ждут очень интересные деньки, — вдруг выдал Мак. — Я полагаю, весь Орден будет счастлив.
— Тоже так думаю… Вот только хочется знать причину до конца… Это именно то, о чём мы думаем или нет?
— Уверен, что да.
— Тогда нам нужно приготовиться. Сказать братьям мы не можем, такова воля Кодекса. Но готовыми быть должны все! Нам нужны будут вообще все, ведь когда это произойдет, то спокойного места в этой Вселенной не останется.
Мак задумался.
— У нас есть союзники. Думаю, они поймут важность всего и помогут сдерживать тех, кто…
Но договорить он не успел.
— Не нужно слов, мой брат! Мне хватит и твоих мыслей, ты же знаешь.
— Извини… — улыбнулся Мак, зная, что такие вещи даже здесь не стоит говорить вслух. — Увлекся… В общем, я начну подготовку и, пожалуй, обращусь к союзникам. Кину им пару намеков, что Охотники обеспокоены и готовятся.
— Хочешь, чтобы они начали строить убежища и закрылись в них? — хмыкнул Первый. — Когда Охотники обеспокоены, это можно сравнить с концом существования всего.
— А разве…
— А разве я тебе не говорил, что не нужно слов? — улыбнулся и еще раз перебил его Первый.
Дальше снова наступила тишина, в которой каждый обдумывал то, что сейчас происходит. Они не знали, произойдет ли это наверняка, но догадывались, кто приложит к этому руку. А вот Орден будет точно готов, чтобы прийти на помощь, как Кодексу, так и Сандру, а возможно и всей Вселенной.
Уничтожение Мудрейшего — это весело, конечно. Но его энергия настолько хреновая, что мне хочется взять гигантскую мочалку и просто кататься на ней, в надежде побыстрее отмыться.
