Вот только люди оказались куда безжалостнее лесного зверя. Девушка закусила губу и переложила кучу одежды из общего холма в отдельную стопку. То и дело мелькали люди, чтобы принести очередную часть вещей – Лания пыталась благодарить их за помощь, но те отдергивались, словно от удара хлыстом, прятали взгляды и спешили обратно – явно не по своей воле старались. Девушка не удивлялась и не пыталась разузнать причину странного поведения – попросту устала за последние сутки, запуталась в происходящем и не стремилась распутывать замысловатые линии людской воли – своей или навязанной. Скоро будет новый день, с рассветом которого можно будет отсечь весь кошмар произошедшего и попытаться жить спокойно и мирно – пусть не так, как прежде, но дружно и без ужаса за близких. Вряд ли былое забудется, но она постарается из-за всех сил, отдавая всю себя заботе о муже, новом доме, детях – своих то она не завела, быть может и к счастью – но соседских без ласки не оставит. Уж слишком ожесточенными, если не жестокими, выглядели мальчики у родственницы ее мужа – на молодых румяных лицах глаза древних мудрецов… или палачей? Да ладно бы мальчики – но Арика! Милая девочка с очаровательной улыбкой – ровно до того момента, как пересечешься с ней взглядом. И нет там ничего такого – ни ужаса, ни боли, но почему же хочется тут же увести взгляд в землю и склонить голову? Один из мужичков, что принес вещи, решил было пнуть замешкавшуюся у него на пути девчонку – просто так, от злости – то ли на себя, то ли на мир. Не вышло – мягко опустил занесенную для удара ногу и кое-как поковылял за околицу – до того, к слову, хромым не был. Случайность, быть может?
Лания не искала в облике детей монстров, прекрасно понимая, что события их детства способны покорежить и взрослого человека, но никак не ожидала, что в горниле боли, потерь, голода, болезни, когда староста накрепко приказал не помогать умирающей семье, смогут выковаться столь удачные и крепкие отливки личности.
К слову, Лания и муж семью родственницы в ту пору не бросили, наплевав на запреты и возможную кару – слишком уважал барон их семью – или вернее, слишком много денег они ему приносили – раньше, до прошлой ночи. Ныне добро вернулось им обратно – и в образе настоящего чуда, и в виде теплого угла. Прежний дом начали грабить еще утром – к моменту помилования жить там было уже невозможно, по крайней мере – не с покалеченным. Даже странно, сколько вещей удалось спасти – не иначе, кто-то из зажиточных отгонял остальных от своей добычи, но сам с грабежом не торопился. Быть может, тот же староста – чтобы ему было тепло на том свете… в адском котле.
Лания зашипела от ненависти, припоминая складный вид старика и иные его предложения – якобы в обмен на помилование.
– Тетя Ланя, болит чего? – рядом присела Арика и вдумчиво принялась работать – споро, грамотно, не хуже взрослой.
– Спасибо, милая, уже не болит, – Лания оторвалась от работы и погладила русую голову девочки.
– Дядя обязательно выздоровеет, – категорично произнесла девочка.
– Конечно, красавица, – грустно согласилась она.
– Вы не поняли, Лания Асбель, – взгляд маленькой Арики подавлял. Лания в панике отметила, что не может дышать – просто недостаточно воли! – Он будет здоров. От вас требуется эффективная работа на результат, а не переживания.
– Что? – волна чего-то над мирового схлынула, словно и не было ничего.
Вокруг так же светило солнышко, лежали вещи – как и раньше – прямо на земле, деловито принюхивался сидя в конуре пес, а девочка рядом напевала незамысловатую песенку. Словно схлынул ночной кошмар, оставив в уме какие-то глупые несвязные фразы – и как можно было этого испугаться?
– Все будет хорошо, тетя! – воскликнула девочка и мило улыбнулась.
Лания ответила ей очередной лаской, легко подхватила мотив песенки и продолжила работу. Странно, но все тяжелые мысли и переживания куда-то исчезли, уступив место невероятной энергии и теплой радости, а все попытки вспомнить недавние страхи неожиданно завершались светлыми образами и твердой уверенностью завести ребенка.
К ночи работу завершить не удалось – тяжелые вещи так и остались лежать, дожидаясь утра. Разместились удачно – семейной паре отдали кровать, для матери раскатали несколько пуховых одеял на полу, а дети, хоть и с перебранкой – не могли решить, кто в каком порядке спать будет, устроились на печи. В итоге центральное место занял Фил, разумно рассудив, что уж если приснится демону ночной кошмар – то достанется вообще всем, а так в центре было теплее и удобнее всего. Впрочем, полноценно выспаться в эту ночь все же получилось.
– Проснитесь! Да просыпайтесь же!
– Да все-все, хватит толкаться. Что случилось? – полусонный архимаг слегка приподнялся и посмотрел в сторону окна.
– Как вы можете спать, когда в нескольких метрах от вас вход в преисподнюю? – возмущенно зашептала Аркадия.
– Ты весь день терпела что ли? – широко зевнул Фил.
– Хам! – в темноте не было заметно, как девочка покраснела.
