Рассказ из СЃР±РѕСЂРЅРёРєР° «Нет в лесу никаких разбойников». Р
Старшая сестра Аннастина и младшая сестрёнка, едва научившаяся ходить крошка Ковылялочка, сидели в кухне под раскладным столом. Это было замечательное место для малышей, которым хотелось спрятаться ото всех. Сидишь себе под столом, предоставленная самой себе, как в собственной маленькой комнатке. Лишь чёрная кошка Вертушка, ластясь, заглядывает порой в эту обитель и трётся о Ковылялочку. Но ей здесь всегда рады. А когда Ковылял очке не хватало кукол, она нянчилась с Вертушкой, как с грудным младенцем. Только вот странно — кошка почему-то не любила лежать в кукольной кроватке, хотя Ковылялочка пела ей песню про кондитера. Аннастина сказала, что кошки не понимают, о чем поётся в песнях, а значит, это и вправду так, подумала Ковылялочка, ведь Аннастина всё на свете знала, всё умела, и всему, что умела сама Ковылялочка, — всему этому она научилась у Аннастины. Лишь одно дело она освоила сама по себе — свистеть сквозь щёлочку между передними зубами. Этого Аннастина не умела. А вот считать до двадцати, и узнавать все буквы алфавита, и читать молитву «Бог, ты любишь нас, детей…», и кувыркаться, и лазать на вишнёвое дерево — этому её научила Аннастина.
Итак, Аннастина сидела под столом и покусывала свою косичку. Она всегда так делала, когда о чём-то размышляла.
— Ковылялочка, до Рождества осталась всего неделя. И если Вертушка не поспешит, нам несдобровать!
Ковылялочка испугалась и вытаращила глаза.
— Неужто правда, Аннастина? Неужто нам несдобровать? И почему несдобровать?
— А-а, ерунда! Просто это так говорится, — объяснила ей Аннастина.
Вот теперь Ковылялочка всё поняла. Аннастина иногда говорила: «Я щас лопну от злости!» Но так ни разу и не лопнула. Значит, и это «несдобровать» — тоже не слишком страшно. Однажды Ковылялочка осторожно спросила Аннастину, с сильным треском она думает лопнуть или нет. Но Аннастина ответила, что Ковылялочка ещё несмышлёныш и ничего не понимает.
Аннастина сурово посмотрела кошке Вертушке в глаза и сказала:
— Ну так что? Принесёшь ты нам детишек или нет? Если ты не успеешь до Сочельника, то можешь вообще их не заводить!
— Не говори так, Аннастина, — умоляюще прошептала Ковылялочка. — А то вдруг она и вправду их не заведёт. А я так люблю маленьких котят!
— Н-да, а кто их не любит! — рассудительно заметила Аннастина. — Только Каль-Паралитик любит их больше всех. Но теперь всё зависит от Вертушки…
Казалось, Вертушка поняла Аннастинины слова, потому что тут же обиженно убралась из кухни.
— А что если нам пойти приободрить немного Каля- Паралитика?! — предложила Аннастина.
Ковылялочка чмокнула на прощание свою Викторию, куклу с закрывающимися глазами, и приготовилась сопровождать Аннастину в её «приободрительном путешествии».
Каль-Паралитик жил на самом верху, под крышей, в доме живописца. А живописцем был отец Аннастины и Ковылялочки! Каль-Паралитик со своей мамой снимали у него в мансарде маленькую-премаленькую комнатку с маленькой-премаленькой кухонкой. Калю-Паралитику было шестнадцать лет. В раннем детстве он однажды тяжело заболел, и с тех пор у него парализовало ноги. Так что он постоянно нуждался в некотором «приободрении», ведь его мама работала уборщицей, и он целыми днями был один в своей комнате и даже не мог встать с постели.
— Кроме нас, у него нет ни одной живой души, которая бы его развеселила и приободрила, — удовлетворённо объяснила Аннастина, пока они с сестрой карабкались вверх по лестнице и стучали в дверь к Калю-Паралитику.
Каль очень обрадовался, увидав Аннастину и Ковылялочку.
— Мы идём приободрить тебя, — просопела запыхавшаяся Ковылялочка.
— Вот здорово! — ликующе произнёс Каль, — Что ж, давайте — приободряйте!
— Скоро Рождество, — начала в качестве небольшого предисловия Аннастина. — Правда, это весёлый праздник?
— Ну-у… в некотором роде… — протянул Каль-Паралитик.
— Вроде?! — возмутилась Ковылялочка, — А по мне так
— Что бы ты хотел получить в подарок на Рождество? — спросила Аннастина. — Как всегда, какую-нибудь живность?
— Да, — вздохнул Каль-Паралитик. — Именно — какую-нибудь живность. Но такого подарка мне ни за что не дождаться.
— Все зависит от… — таинственно начала Аннастина и замолчала.
— Все зависит от… — повторила за ней Ковылялочка.
Тут сестры захихикали, а потом долго шептались друг с другом.
— А какую живность тебе хотелось бы? — продолжала свои расспросы Аннастина. — Кого ты больше всех любишь? К примеру, котёнка? Или щенка? Или, может, маленькую змейку? — добавила она, чтобы посильнее запутать Каля-Паралитика, так чтобы он ничего не заподозрил.
— Да ну её, змею-то! — отмахнулся Каль-Паралитик. — Вот котёнка или щенка — это было бы…
Он тоскливо вздохнул. Эх, лежал бы у него на одеяле такой маленький, тёпленький клубочек! Вот и был бы у него друг, о котором он столько мечтал!
— Но может, маленькую змейку тебе всё-таки подарят, — лукаво сказала Аннастина.
И они с Ковылялочкой так расхохотались, что чуть не подавились от смеха.
