– Да, – улыбнулся Носач. – Но я уже закончил. Сможете прочитать в ближайшее воскресенье. Смотрите, не пропустите. Это будет особенный репортаж: вся правда об истории Ромео и Джульетты.
– А что это за правда? – поинтересовался Марсело.
– Мне не хочется опережать события, – сказал журналист, откусывая бутерброд. – Лучше прочтите.
– Расскажите нам хоть что-нибудь, – попросила Карла, – какую-нибудь деталь.
Носач вытер рот салфеткой и вздохнул.
– Ладно, – согласился он. – Кое-что я вам скажу: бегства, о котором тут столько болтали, на самом деле не было. То есть парень, не выдержав давления родителей, и правда собирался сбежать с девушкой в Белья-Висту. Но этому плану не суждено было осуществиться.
– Почему? – спросила Карла.
– Потому что кое-кто вмешался. В этом – вся соль моего репортажа!
Было понятно, что Носач уже не может остановиться. Такие, как он, обожают быть в центре внимания. Он готов был выложить всё до последнего слова.
– Как интересно, – подзадорил его Марсело. – Расскажите же нам, кто вмешался?
– Была еще одна девочка, которая увивалась за Ромео. Блондинка. Однажды утром он на виду у всей школы сорвал с клумбы цветок. Джульетта, которая уже начала его ревновать, решила, что он сделал это ради той, другой. Вот поэтому – из-за ревности – она и залезла на карниз.
– Из-за ревности? – переспросила Карла, давясь от смеха. – И кто же эта блондинка?
– Вот этого как раз пока никто не знает: ее зовут Мелина.
– Мелина??
Носач уловил изумление в тоне Марсело.
– Ты с ней знаком? – спросил он.
– Ну, – начал Марсело с самым серьезным видом, – я знаком с одной Мелиной, которая живет неподалеку. Думаю, это вполне может быть она. Да, скорее всего, это она и есть.
Журналист мигом достал блокнот и шариковую ручку.
– И какая же она? – спросил он.
Марсело задумался.
– Она такая… скажем так: у нее кошачья натура.
– Кошачья? – Носач заглотил наживку. – Ты хочешь сказать, что она сексуальная?
– Можно сказать и так.
– Ты не мог бы ее описать? Какие у нее волосы?
– Светлые, очень светлые. А на шее она обычно носит красную ленточку.
– Ага, – журналист вовсю строчил в блокноте. – Красная лента. Очень вызывающе. Да, да, всё сходится… Как ты думаешь, она могла охмурить того парня?
– Точно не знаю, – ответил Марсело, – я с ним не знаком. Но это вполне возможно: она особенная.
– И влюблена в Ромео?
– Думаю, что нет, – Марсело понизил голос. – По-моему, Мелина любит другого.
– Вот как? И кого же?
– Да есть один шустрый малый, которому не сидится на месте. Сорвиголова, любит свободу, не выносит ограничений.
– Вероятно, поэтому, видя, что он ее не ценит, она и переключилась на Ромео, – абсолютно серьезно сказал журналист. – И тогда Джульетта в приступе ревности забралась на карниз. А Ромео последовал за ней. Я выяснил, что там случилось еще кое-что странное.
– Что же?
– Они так сильно испугались того, что с ними происходило, что их разум заблокировал объективную реальность. Они так и не осознали, что им грозит опасность. Поэтому и не хотели спускаться. В этом шоковом состоянии они беспокоились о кошках.
– Кошках? – удивился Марсело. – Каких еще кошках?
– Да беспризорных, которые там шастали. И что любопытно: нет бы подумать о себе, а они пекутся о каких-то кошках. Отрицать опасность, чтобы не страдать, – люди часто так поступают.
– Серьезно?
– Да, теперь вы это знаете, – сказал Носач, лопаясь от гордости. – Это и есть правда о Ромео и Джульетте. Я не случайно называю их именно так – не хочу рассекретить настоящие имена.
– Вам известны их имена? – уточнила Карла.
– Разумеется, – сказал Носач, – но я не стану их раскрывать. Хочу чтобы они жили спокойно.
– Вот это правильно, – вмешалась я, – именно так и следует поступить. Дадим Ромео и Джульетте возможность жить спокойно.
Носач покончил с бутербродом и спрятал блокнот.
– Приятно было пообщаться, – сказал он на прощание. – Обязательно прочитайте статью.
– Ни за что не пропустим, – пообещал Марсело.
Больше мы его не видели. Он вежливо попрощался с каждым из нас и не спеша, утомленной походкой, отправился прочь. И тогда я спросила Марсело, как бы он поступил, если бы выпал орел.
– Я бы рассказал ему, что Ромео и Джульетта вовсе не были влюблены, – ответил он.
– Так он тебе и поверил, – возразила я.
– Не поверил бы, – согласилась со мной Карла. – Так лучше. Теперь он сможет написать красивую историю.
У меня закончился майонез. Пришлось сбегать к Клори: это всего в двух кварталах от меня. Конечно, у нее дороже, но майонез мне нужен был срочно. Киоск остался на Марсело: он уже несколько дней замещал Карлу, которая уехала с родителями в Мар-дель-Плату[8].
Пока я ждала Клори, мне на глаза попалась статья в газете, лежавшей возле кассы. Заметка Носача. В эти дни ее читали, перечитывали и обсуждали во всём районе.
– Уже прочитала? – спросила я, хотя это и так было ясно.
– Да, – со вздохом ответила Клори. – Потеря времени. Сплошное вранье.
– Так ты считаешь, что весь его рассказ – неправда?
– Конечно. Этот парень слишком легковерный. И вот что получается, когда слушаешь тех, кто ничего не знает.
