Несмело открыв глаза, девушка уставилась на своё отражение. В таких случаях говорится, что она не могла узнать себя. Но нет. Такахаши определённо себя узнавала. Да, это была она, всё та же Такахаши ТенТен, шатенка с карими глазами. Все её лучшие качества во внешности теперь выделялись, а худших она просто не могла найти. Волосы, которые Хидан выпрямил, стали чуть короче, вроде бы немного небрежно опускались на плечи. Одна сторона была чуть короче другой. Челку стилист тоже слегка укоротил так, что стали видны аккуратные, слегка изогнутые у края брови. Миндалевидные глаза были выгодно выделены зелёным карандашом снизу, а сверху совсем немного подведены коричневой подводкой. Смуглую кожу Хидан сделал немного светлее и выровнял цвет. Губы он почти не трогал, только обвел контуром. Тен привыкла к минимуму косметики – тушь, блеск и все. Сейчас на ней тоже не было много макияжа, но он подчеркивал гораздо больше достоинств, чем раньше.
Перчатки из легкой, немного прозрачной ткани, которые начинались от указательного пальца и заходили за локоть, смотрелись непривычно для девушки. По цвету – темному, с легким металлическим отливом, они гармонировали с такого же цвета сапогами на не очень большом, но тонком каблуке. Брюки в комплекте не прилагались. На самой Тен была надета длинная, чуть выше колен, туника белого цвета, которая прикрывала лишь одно плечо. На груди ярким светло-серым пятном выделялась надпись: “Break it”. На бедрах, с небольшим наклоном вниз держался широкий ремень всё того же металлического оттенка.
И вроде бы ничего особенного во всем её образе не было. Но больше ничего не было нужно. Всё сочеталось между собой. Тен ещё раз внимательно себя осмотрела. Потом краем губ улыбнулась и подмигнула своему отражению. Склонностей к самолюбованию у неё не было, и Тен ушла к основной массе, откуда доносились нечеловеческие крики Узумаки, чтобы от него убрали «эту странную хрень» и больше с ней к нему не приближались.
***
-Все собрались? – сурово осматривая небольшую комнатку, вопросил Акасуна.
-А ты что, слепой? – пробормотал Узумаки, за что был удостоен пожирающего взгляда их продюсера.
-Ваше выступление через десять минут. Такахаши! Вся еда и питьё после выступления! Поняла?
-А я что, постоянно ем? Ты меня ни с кем не путаешь? – огрызнулась девушка, а Чоджи смущенно забарабанил пальцами по небольшому журнальному столику.
-Мне наплевать. Значит так, выходите только после того, как вас объявят. Отпоёте программу и все собираетесь здесь. Если вы не облажаетесь, получите половину гонорара. Если облажаетесь – четверть. Если будут просить на бис, поёте. Не ведите себя как идиоты! – Сасори выразительно посмотрел на Наруто и продолжил: – Детские психи оставить здесь. Всем все понятно?
-Мы не дети, Сасори. Разберемся, - ответил Шикамару. – Будь спокоен.
Акасуна ещё раз обошел их всех взглядом, немного остановился на ТенТен, презрительно прищурился и, резко развернувшись, вышел.
-Он меня задолбал, - простонал Узумаки, едва за продюсером захлопнулась дверь. – Может, заберем деньги и убьём его?
-Заткнись, Узумаки. Сейчас не до твоих гениальных идей! – жестоко оборвал его Хьюга.
-Неужели? Тогда скажи мне, добродетель, что ты сделал с Хинатой? – с вызовом произнёс блондин.
Все удивленно воззрились на спорящую парочку, которая с ненавистью смотрела друг на друга. Ни один из них не был в курсе скандала между Хьюгой и Узумаки. Обстановка между ними накалялась.
-Здесь не место и не время, Узумаки! – холодно произнес Хьюга.
Зашла девушка и подала им знак. Все подхватились и прошли ближе к сцене. На ней ведущий поздравлял парня, у которого сегодня был день рождения. Ведущий закончил поток слов и бросил мимолетный взгляд на них.
-А сейчас… подарок для нашего Мамору! Группа… - ведущий сделал паузу, нагнетая обстановку. – Группа «Без сахара»!
Бурной реакции зала не последовало. Тен с остальными вышла на сцену, осматривая зал. Почти всё помещение было заполнено молодежью. За центральным столиком стоял, видимо, тот самый Мамору с похабным личиком и нагло улыбался. Тен взяла в руки микрофон. Группа заняла свои места.
-Мы присоединяемся к поздравлениям! – бодрым голоском объявила она в микрофон, высматривая в зале знакомые лица. – В этот день мы хотим поздравить Мамору песней «Still alive»! Поехали!
Акимичи воодушевленно застучал. Узумаки подхватил ритм. Тен ждала вступления. В зале она высмотрела лицо Киоры, недовольную мину Акасуны, но не нашла ни Темари, ни Хинаты. Темари, как она её только ни уговаривала накануне, не пришла. Тен смирилась и начала песню. Зал, поначалу находящийся в недоумении, стал потихоньку раскачиваться. На третьей песне многие начали двигаться в ритм и даже танцевать. Именинник заинтересованно посматривал на неё, попивая коктейли. Четвертая и последняя песня прошла на ура. Весь зал аплодировал. Лицо Сасори немного изменилось, теперь оно не выражало вечного недовольства, а просто было непроницаемым. Но Такахаши поняла, что он доволен.
