Ловлю сочувствующие взгляды родственников. Они меня жалеют. Меня, человека из-за которого Майя теперь станет женой непонятно кого. Б*.
Вот откуда эта непонятная тревога внутри. Это не мои эмоции. А её. Пытаюсь сосредоточиться на этой тревоге, и неожиданно чувствую ещё страх и боль. Стискиваю от злости зубы. Не хочу показывать свою ярость и почти выхожу из дома. На пороге сталкиваюсь с Майей.
— Что ты наделала? — задыхаясь спрашиваю я, схватив её за плечи — Зачем? Как ты могла…
Сестра опускает глаза, не в силах выдержать мой отчаянный взгляд.
— Так было надо Дан. Я не могла потерять тебя — тихо отвечает и так горестно вздыхает, что я уже хочу убить этого Матвея.
— Сынок, отпусти её — вмешивается отец, появляясь в прихожей.
Я подчиняюсь.
— Лучше бы я сгнил в этой тюрьме — говорю глядя на отца, и иду за Никки.
Мы поднимаемся с ней в комнату. Я долго смотрю на дочку, она лежит в кроватке и спит. Умиляюсь. Я отец. Не знаю, что я должен чувствовать. Но боль из моей души как будто бы уходит, и мне становится легче.
— На её месте ты поступил бы так же — осторожно говорит жена.
— Прости меня — смотрю на неё — Я нарушил свое слово…
Никки улыбается.
— Я давно тебя простила.
Мне становится плохо. Черт, я не достоин её. Сажусь на кровать, а потом откидываюсь назад встречаясь взглядом с потолком. Чувствую, что Никки ложится рядом. Гладит меня по щеке, а потом осторожно целует в губы. Соскучилась. Я отвечаю на её поцелуй, углубляя его. Оказываюсь сверху. Вижу как горят её глаза.
— Детка, я сейчас не могу, бок ещё болит… — сообщаю с улыбкой — Но как только поправлюсь съем тебя…
— Дан… — выдыхает она, когда я нахожу чувствительную точку за её ухом.
Я закрываю её рот ладонью в тот момент, когда Никки начинает стонать.
— Тише, Летти проснётся. Ты чего, от одного поцелуя так сладко стонешь… — смеюсь я, наблюдая за тем, как лицо моей жены становится пунцовым. Она закусывает губу и отворачивается.
— Сиськи больше стали да? — уточняю, нагло лапая её грудь.
Никки ударяет меня по рукам.
— Конечно, я же кормлю — шипит она.
— Ваще огонь теперь… — я задираю футболку — Кружевной лифчик? Давай снимем всё лишнее…
— Не надо… — слабо сопротивляется, но позволяет мне стянуть с себя футболку и расстегнуть лифчик. Всё летит куда-то в сторону.
— Красота… Обожаю натуральные сиськи — уточняю зачем-то и начинаю играть с сосками.
— Боже, Дан… — стонет она, закусывая губы — Что ты делаешь…
— Дразню тебя, женушка. Трахнуть не могу уж извини, а вот поиграть с твоими вершинами… — дальше несу какую-то лютую дичь вперемежку с дикими пошлостями, от которых краснею и сам. Но Никки нравится, она отзывается на каждое моё действие, хоть и шепчет стыдливо, чтобы я прекратил…
*
На следующий день я встречаюсь с Матвеем. Взял его номер у отца. Хочу лично поблагодарить его за спасение. И за Майю. Мы встречаемся с ним у нас дома и первым делом, когда он ничего не подозревая с улыбкой тянет мне руку для приветствия, с удовольствием впечатываю кулак в его наглую рожу. Избегаю носа, не хочу сильно калечить этого урода…
— О как — выдыхает он — Своеобразное спасибо, Антохин.
Трогает лицо, и морщится от боли.
— Я б тебя убил, но нельзя, не хочу снова сидеть — признаюсь честно.
— Ага — улыбается Матвей — Значит Майя уже нажаловалась тебе… Я думал она постыдится говорить о таком.
— Ты о чем? — не понимаю я.
— Неужели не сказала? — усмехается он — За что я тогда по морде получил?
— Тебе лучше говорить внятно, пока я не добавил для симметрии — выдаю грозно потирая кулаки — Что ты сделал, ублюдок?
Матвей делает шаг назад.
— Ты же знаешь, что мы с твоей сестрой поженимся? — аккуратно интересуется он — Я немного не дождался нашей первой ночи…
— Чего? — хмурюсь я.
— Майя очень красивая, я не удержался разложил её на столе, снял пробу так сказать… — с удовольствием рассказывает подонок.
Бью раньше, чем думаю. Но этот гад уходит от удара.
— Успокойся, ты как мужик должен меня понимать — я пытаюсь его достать, но он ловко уходит от моих выпадов — Когда дымится, мозгом уже не думаешь…
— Сука, стой на месте! — ору я и срываюсь на бег, когда Матвей пытается от меня улизнуть.
Не знаю сколько мы бегаем друг за другом вокруг стола на котором стоят две чашки кофе для нас. Я реально хочу его убить. Похер на закон. Эта гнида не должна жить.
Он тормозит спустя время выставляя вперёд руки.
— Стой, Антохин, я ведь все равно на ней женюсь, чего ты завёлся? Думаешь, мы спать с ней не будем? Да и не целка она была, чтоб ты так убивался. Трахалась уже с кем-то…
Эти слова злят меня ещё больше. Надвигаюсь на него разъяренным медведем, разве что не реву как зверь. Внутри же всё клокочет от ярости, из глаз наверно сыпятся искры, потому что в глазах этого выродка я вижу страх. Усмешка пропадает с его лица, он не кажется уже таким уверенным и нахальным парнем.
— Даниил — зовет он меня по имени — Я понимаю твои чувства…
— Да что ты! — перебиваю я — У тебя есть сестра?
Он отрицательно мотает головой.
— Представь что есть. И я её трахнул, хотя она умоляла меня не делать этого. Что ты бы сейчас чувствовал?
Пожимает плечами.
